– Да, к проволоке подведено электричество, в точности как он заказывал. – Увидев ужас на лице Софии, мужчина рассмеялся: – Не волнуйтесь. Там не такое высокое напряжение. Никого не сожжет до смерти. Но основательный удар получить можно.
Буссе пошел за мужчиной к будке охранников, где находился рубильник. София осталась стоять, уставившись на заграждение. Все было как во сне, настолько отчетливом и резком, что он воспринимался реальнее, чем явь.
В тот вечер Освальд пришел в офис. Он казался выспавшимся и энергичным, а вовсе не убитым, как она ожидала. Его глаза так горели энтузиазмом, что он производил впечатление слегка безумного. Вернулось даже легкое высокомерное вскидывание головы.
– После ужина я хочу созвать на собрание весь персонал, – сказал Освальд. – Я имею в виду всех. До единого.
На пароме есть маленький чуланчик. Он находится на корме, где стоят во время пути машины. Чуланчик с предметами для уборки, недостаточно высокий для того, чтобы выпрямиться во весь рост. Но когда паром идет через пролив, им не пользуются.
Однажды я был там с Лили. Запер ее и напугал, но это другая история, которая сейчас не важна.
Пять часов утра, рассвет уже забрезжил.
Темнота превратилась в плотную серую дымку.
Три часа в чуланчике и еще один во время переезда. Ну что ж, пусть так. Это лучшее укрытие.
Запах пожара из усадьбы последовал за мной сюда. Он по-прежнему висит над островом, как пелена.
Но звуки машин, сирен, катеров и голосов стихли. Значит, они отчаялись. Меня больше не существует.
Я заползаю в чуланчик. Готовлюсь провести там много часов в темноте. О темноте я знаю все.
Темнота в подвале усадьбы. Омерзительный запах мужского пота.
Не видно, когда и откуда последуют удары.
Я закрываю за собой дверь и усаживаюсь на ведро. Ко мне приходят слова.
Заклинание, которое будет сопровождать меня в течение поездки. «Уничтожиться, восстать и вернуться». Как феникс восстает из пепла.
Время останавливается.
Внезапно я оказываюсь снаружи. Вижу весь остров сверху.
Ласкающие ландшафт первые лучи солнца. Деревья, дома и море.
Я понимаю, что покинул тело.
Что обладаю силами, о которых даже не подозревал. И что у жизни есть на меня феноменальные планы.
18
В большой столовой царила полная тишина. Столы отодвинули к стенам, а стулья поставили рядами так, что на них вплотную друг к другу сидели пятьдесят человек, устремив взгляды к подиуму, который соорудили для Освальда. Обычно в столовой слышались болтовня и шум. Сейчас они не разговаривали даже между собой. Тишина была не неловкой – скорее вынужденной и испуганной. Они ждали уже полчаса.
София сидела в первом ряду вместе с командой Буссе и главными ответственными за различные отделы. В самом последнем ряду находились те, кто угодил в немилость еще до газетной статьи: Мадлен, Хельге и парень из хозяйственного отдела, который чуть не разбил одну из машин Освальда, когда отгонял ее в автосервис. Средние ряды занимали остальные, сгруппированные по своим бригадам. Все было организовано в соответствии с инструкциями Освальда.
Наконец послышались решительные, хорошо знакомые шаги, но никто не решался посмотреть назад. Только София встала, чтобы посмотреть, не нужно ли Освальду что-нибудь; однако тот отрицательно покачал головой и жестом велел ей садиться. Встал за кафедру, положил перед собой лист бумаги и посмотрел на них со слегка озабоченным выражением лица.
– Мы немного побеседуем, – начал он. – И разберемся в том, что произошло за последнее время.
Освальд говорил дружелюбным тоном. Напряжение в группах слегка ослабло.
– Все очень просто, – продолжал он. – У нас был шанс донести учение «Виа Терра» до большого количества людей. Большинство из вас жопу рвали, чтобы помочь этому. Но кто-то за моей спиной снабжал Стрида ложью о нас, поэтому теперь мы должны найти источник утечки.
Взгляд Освальда посуровел, и он стал наобум пристально всматриваться в разных людей. По-прежнему стояла мертвая тишина. София даже слышала рядом с собой нервное дыхание Буссе. Освальд уставился на Улофа Хуртига.
– Улоф, ты был персональным куратором Магнуса Стрида. Может, ты немножко посплетничал?