Будь здоров, Бойд. Надеюсь, тебе не доведется прочесть это письмо. А если все же прочтешь его, знай – я благодарю тебя от всего сердца. Твоя забота о Маргарет станет для меня главным утешением.
Твой брат Реджи
Сисси запрокинула голову и взглянула на солнце, чтобы удостовериться, что оно на месте. Перед глазами все поплыло, к горлу подкатила тошнота. Ей захотелось броситься в холодную реку, опуститься на самое дно и покинуть этот жестокий мир.
– Значит, ты женишься на Маргарет?
Бойд испустил тяжелый вздох.
– Да. – Он закрыл глаза. – Я предлагал ей разные варианты, но она все отклонила. Маргарет не откажется от ребенка, ведь это ее единственная память о Реджи. Я предложил, что мы с тобой можем усыновить его и воспитать как родного, но она даже слышать об этом не захотела. В одном Маргарет тверда: ребенок должен остаться с ней, ведь она его мать. – Он судорожно вздохнул. – Реджи не просто мой брат, я обязан ему жизнью и не могу пренебречь его волей. У меня нет выбора.
– Еще как есть! – в отчаянии воскликнула Сисси. – Реджи не стал бы просить тебя об этом, если бы знал о наших чувствах.
Бойд покачал головой, не дожидаясь окончания фразы:
– Я думаю не о Реджи и не о Маргарет, а о ребенке. У малыша лишь одна надежда на будущее – я женюсь на Маргарет, и все станут считать его моим. Здоровый ребенок – единственное, ради чего стоит стараться, понимаешь?
– Понимаю, но мне эта ситуация видится так: я остаюсь ни с чем, а Маргарет получает все. Как обычно. – Сисси наконец решилась произнести вслух то, о чем давно и напряженно думала. Мама годами пыталась донести до нее эту истину. – Прости, Бойд. Знаю, тебе хочется поступить правильно, но ты совершаешь ошибку. Мы ведь созданы друг для друга.
Наплевать, что лицо залито слезами и потеками туши. Теперь уже все равно.
Бойд взял ее руки в свои и поцеловал.
– Да, мы созданы друг для друга, Сессали. Но простое решение редко бывает правильным. Подумай о ребенке, невинном младенце, жизнь которого зависит от нас. – Он прижался лбом к ее лбу. – Притворимся, что этот малыш – твой и мой. Наш общий.
Сисси покачала головой:
– Этого мало, Бойд, ты и сам знаешь.
– Немало. Просто нужно сделать так, чтобы этого оказалось достаточно.
Бойд вынул из ее волос ленту. Сисси заплела ее сегодня утром. С тех пор минула целая вечность.
– Что ты делаешь? – Собственный голос показался ей чужим, да она и правда уже не та Сессали Пернелл, что раньше.
– Хочу положить ленту в Древо Желаний, – ответил Бойд, доставая ручку из кармана рубашки.
Он расправил ленту на колене и принялся что-то писать. Сисси взглянула на темное отверстие в стволе дуба. Ей вспомнилось, как они с подругами положили туда ленты в первый раз. Она пожелала найти идеального мужчину. Маргарет загадала то же самое.
– Не надо. – Сисси с трудом поднялась на ноги, но Бойд уже засунул ленту в дупло. На его лбу выступили капли пота. Она схватила его за руку и оттащила от дуба.
– Что там?
Бойд непонимающе приподнял брови.
– Что ты написал на ленте?
Он остановил на ней задумчивый, печальный взгляд.
– «Я буду любить Сессали Пернелл до самой смерти и каждый день надеяться, что нам удастся найти способ прожить жизнь вместе».
– Не надо, Бойд, не загадывай невыполнимого. Ты не можешь жениться на Маргарет и в то же время любить меня. Мы оба погибнем, пытаясь воплотить твое желание.
– Я должен попытаться, Сессали. Мое сердце тоже разбито. Я не верю в это дурацкое дерево, но хуже уже не будет.
– Нет!
Сисси бросилась к дубу, чтобы вытащить оттуда ленту, но Бойд схватил ее и поцеловал в губы. Ошеломленная поцелуем и охваченная всепоглощающей любовью, она забыла обо всем, и лишь громкий щебет ласточек, возвращающихся в гнезда, вернул ее к реальности.