— Лу? Что с ней?!?
— Дитя скинула. Насилу саму откачали, кровь долго не могли остановить, знахарка сутки у нее сидела, отпаивала и чистила.
— Господи… — прижал я ладонь ко лбу и прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. — Бедная девочка… Но может оно и к лучшему. Прости меня Единый и прими душу нерожденную. А что император?
— Не иначе как чудо. Пошел на поправку. А у нас гости? — кивнул воевода на приближающийся экипаж императрицы.
— Еще какие гости. Ее Величество Вера-Магдалена.
Императрица с порога потребовала проводить ее к сыну, и воевода, немного растерявшись от такой высокой чести и робея, повел ее к Фердинанду. А я отправился навестить Луиджию. Девушка лежала такая худенькая и несчастная среди белых простыней, что у меня защемило сердце.
— Лу, как вы себя чувствуете? — присел я на кровать и осторожно взял девушку за руку.
— Зачем она их забрала? — прошептала Лу. — Зачем они ей?
— Кто? Вы о ком?
— Госпожа пришла и забрала у меня моих девочек… Я прогневила Единого своими молитвами!.. И она пришла забрать у меня малышек! Потому что я их не любила!.. Не смогла полюбить! Я плохая!.. Думала только о любви к императору! Грешница!
Она начала всхлипывать и заговариваться от горя. Я прижал девушку к себе, крепко обнимая и гладя по голове.
— Тише, Лу, тише… Все хорошо. Все будет хорошо.
— Зачем мои малышки госпоже? — ревела она у меня на плече, захлебываясь рыданиями. — Зачем?!? Почему она назвала их безумными?
— О какой госпоже вы говорите? О Хриз?
— Я ее видела… Она пришла сюда и забрала их!
— Это невозможно, Лу, успокойтесь. Хриз в сотне милях отсюда, в Виндене, в тюрьме. Тише, тише…
— Это она! Я ее видела!
— Вам надо быть сильной, Лу. Вы справитесь с этой потерей, я в вас верю. Вы сможете, надо просто подождать, и боль утихнет. Молитва очищает и успокаивает. Единый милостив и…
— Ненавижу! Ненавижу вашего Единого! — оттолкнула она меня. — Он только забирает! Все забрал у меня! Все!
— Это не так, Лу. Я тоже терял близких и тоже не понимал, как Единый может быть так жесток со мной. Знаете, что мне на это ответил мой наставник?
— Что? — сжала она кулаки, недоверчиво глядя на меня исподлобья.
— Когда кто-то очень близкий уходит, ты умираешь вместе с ним. Ты уже никогда не сможешь быть прежней. Станешь другой. Это твое испытание. Но ты сможешь его пережить, если поймешь…
— И почему?!? — выкрикнула девушка. — Почему Единый отобрал у меня семью? Почему забрал у меня малышек?!?
— Лу, жизнь дается богом, а смерть кем? Как ты думаешь?
Она растерялась.
— Разве не Единым?
— Нет. И да. Единый потому и зовется Единым, что един с каждым из нас. Он в нас. Люди убивают друг друга. Это так. Люди жестоки. Люди злы. Люди глупы. Но они все без исключения по-своему прекрасны, потому что в них есть искра божественного света. Даже в колдунах она когда-то была. Понимаешь, никто не рождается плохим.
— И мои малышки тоже?.. Они же не были безумны?..
— Ну конечно нет, Лу. Они были прекрасны. Их свет угас, но тьма не должна наступить. Ради них ты должна гореть еще ярче, еще сильнее. Еще сильнее должна хотеть жить. Жить за них.
— Я… не хочу… — слезы текли по ее лицу.