— Шестая похитила Источник и повезла вместе с награбленным золотом в Норвштайн. Однако по пути что-то случилось. Возможно, постарался Неприкаянный. Мне неизвестно, что и как, предполагаю, началось перерождение. Корабль затонул вместе с Источником.
— Ты же сказала, что он на острове!
— На острове. Сейчас уже на острове.
Эти словесные танцы с Искрой меня порядком утомили. Я заснула в библиотеке, уткнувшись в разложенные на столе карты и атласы. И снилось мне море. Бескрайнее, отвратительно-серое, холодное. Я качалась на волнах, стоя на палубе корабля. Где-то вдалеке пыталось взойти солнце. Его лучи тщетно искали себе дорогу в густых сизых облаках и не находили ее. Солнце тонуло. Серая плесень безумия разъедала просмоленную древесину корабля. Бежали и прыгали в море жирные крысы. Их писк стоял в ушах. Корабль уходил под воду. Вместе с ним тонула и я…
Я закашлялась и рывком села, судорожно хватая воздух.
— Скоро они проснутся… — прошелестела Искра у меня над ухом.
— Кто? Крысы? — непонимающе спросила я, все еще находясь в плену кошмара.
За окном библиотеки потемнело, потянуло опасной свежестью. Собиралась гроза. Только этого мне не хватало.
— Люди в замке. И твой Цветочек. Все проснутся. А братья Ордена Пяти и не спали, на них моих сил было недостаточно. Они уже забеспокоились. Скоро начнут выяснять, куда делись все остальные.
— Братья Ордена? Откуда они здесь?
— Их прислали следить за Кысеем.
Я встала, разминая затекшее от неудобной позы тело.
— Пусть остальные спят и дальше, а с Кысеем я…
— Не могу, — перебила она меня. — Долгий сон может навредить. Они начнут терять рассудок.
— Да ну? А как же ты собиралась сделать меня хозяйкой замка, если даже не можешь удержать остальных?
— Я могу внушить им страх. Они уйдут. Могу принять облик Тиффано и от его лица приказать им уйти. Могу…
— Стоп. Вот и прекрасно. Топай отсюда в облике Кысея, успокой их и…
— Я не могу оставить тебя одну.
— Слушай, ну хватит уже, а? Тебе самой не надоело?
— Нет. Я ограничена в свободе действий. Обязана тебя охранять. Тиффано представляет опасность для тебя, Шестая.
— Я приказываю тебе!
— Не могу выполнить приказ.
— Дура! Ладно, я пойду с тобой. Примешь облик Кысея, объявишь воеводе и его людям, что намерен поразвлечься с пленницей, то есть со мной, и поэтому не хочешь, чтоб кто-то его, в смысле тебя, беспокоил. Уяснила?
— Да.
— Вот и умница, — расщедрилась я на похвалу.
Я сидела в кресле и смотрела на спящего Кысю. Голову стянул тяжелый обруч боли. Искре я приказала не шуршать, свернуться в клубок и затаиться. Упрямое чудовище ни на миг не отступало от меня. Воевода поверил нашему спектаклю, однако я понимала, что скоро он сопоставит нестыковки, задастся вопросом, куда делся целый день, да и церковники из Ордена Пяти захотят увидеть Кысея. Искра твердила, что ей не хватит сил обмануть их защиту, умоляла остаться, не бросать ее, пугала Неприкаянным и прочими глупостями. Но я уже все решила. Уходить из замка следовало немедленно, пока не поднялась тревога. Однако мне отчаянно хотелось взглянуть Кысею в глаза, поцеловать на прощание и попросить, чтоб не преследовал, а просто ждал, хотя я и понимала, что демона лысого он меня послушает.
— Сколько еще? — нетерпеливо поерзала я в кресле.
— На пять минут меньше, чем было в прошлый раз, — невозмутимо ответила Искра.
— Сколько именно?
— Десять минут.