— Это не такая уж и новость, — но Драко видел в глазах Блейза боль. — Но может быть, однажды…
— Однажды она увидит, какой ты замечательный и полюбит тебя? — раз разбивать иллюзии, так разбивать целиком. — Или однажды, спустя пять лет брака с ней и имея двоих детей, ты застанешь её в вашей общей постели с каким-нибудь смазливым блондинчиком и узнаешь, что твои дети — вообще-то и не твои?
— И всё равно я готов к правде.
— Тогда смотри, Блейз.
Драко сорвал с себя рубашку, выставляя на обозрение Чёрную метку.
— Ну, что скажешь, Блейз? Как тебе такая правда?
Он видел, как побледнел Забини. Как глубоко вздохнул. Но не удивился. Ни капли не удивился.
— Я догадывался об этом. А теперь спрячь руку, пока сюда никто не вошёл. И рассказывай всё.
***
Гермиона вбежала в Большой зал уже почти перед окончанием завтрака. Утешить Хагрида оказалось огромной проблемой. А видеть плачущего как ребёнка полувеликана ей было очень больно. За слизеринским столом оставались сидеть только несколько человек. И Малфоя среди них не было.
К счастью, не было.
Быстро проглотив яичницу, Гермиона побежала на Защиту от тёмных искусств.
И там увидела его.
Она прошла мимо с как можно больше невозмутимым видом. Просто надо делать вид, что всё в порядке. Просто делать вид, что ничего не было. Ну же, она сильная, она с этим справится.
— Выглядишь хуже фестрала, Грейнджер. Тяжёлая вышла неделя? — это как всегда Паркинсон.
— Конечно, если учесть, сколько раз за эту неделю она ночевала в своей спальне. Ни одного, — а вот это уже Гринграсс.
— Завела себе дружка, Грейнджер? — тупое ржание Гойла.
Не обращать внимание. Сесть на место и не обращать на этих идиотов внимание.
— Что молчишь, Грейнджер? Обжимаешься в каждом углу с каким-нибудь недомерком? — опять Паркинсон. — Фу, даже не могу понять, как кто-то может до тебя дотронуться.
«Например, твой обожаемый Малфой. Представь себе, он до меня дотрагивался и даже не бежал потом срочно мыть руки. Как тебе такой поворот, Паркинсон?»
— Не твоё дело.
— Ой, у тебя всё-таки прорезался голос! И кто же он, этот уродец Уизли?
— Закрой свой грязный рот, Паркинсон, и не смей говорить о Роне!
— Ну так я и думала. Сколько ты ему заплатила, чтобы он лапал тебя?
Гермиона выдохнула, стараясь держать себя в руках. Иначе она просто запустит в слизеринку заклинанием.
— А ведь Драко тоже все ночи где-то шляется, — вступил в разговор Нотт. — Прикиньте, если они вдвоём…
Конец фразы потонул в общем гоготе. Гермиона решилась бросить быстрый взгляд назад — Малфой сидел со спокойным лицом и обычной кривой усмешкой.
— Вдвоём с… Грейнджер, Тео? — он произнёс её фамилию так, словно это был вид слизняков. — Да я бы никогда не отмылся от её грязного тела. Да и потом, кто-то думает, что эта заучка умеет трахаться?
Он посмотрел на неё. Так издевательски медленно приподнял бровь. Так издевательски легко было прочитать в его глазах: «Что ты скажешь на это, Грейнджер?»
— Заткнись, Малфой.