Вместе с менеджером по продажам Райаном мы вышли из салона, чтобы протестировать Model X. Двери у этой модели поднимаются наверх и разворачиваются – как крылья у сокола. Мой сын подошел к машине. Райан нажал на пульт в форме маленькой Tesla, чтобы открыть заднюю пассажирскую дверь. Та медленно открылась наполовину. «Она знает, что ты там стоишь, – прояснил Райан. – Поэтому она открывается медленно – она тебя видит». Дверь перестала двигаться вовсе и, кажется, открываться полностью не собиралась. Озадаченный Райан снова нажал на пульт и затем отправился разбираться, пока мы остались ждать на тротуаре, наблюдая.
Он вернулся и с облегчением пояснил: «Это сенсор». Он находился прямо рядом со знаком «Не парковаться в дни уборки улиц». Зеленый столб был около сенсора, который находился прямо над задней пассажирской дверью. И из-за столба дверь не открывается полностью. Он пообещал, что мы сможем сделать фотографию с открытыми дверями по возвращении, когда машина будет припаркована в другом месте.
Райан стал объяснять нам, где и что находится, как только мы оказались внутри. Я глубоко вдохнула. Пахло новой машиной и роскошью. Белая «веганская кожа» покрывала водительское сиденье, а сиденья позади были заключены в черный сияющий каркас, напоминавший фильмы о Джеймсе Бонде 1960-х гг.
Я поставила ногу на тормоз, и машина завелась. Там, где у обычной машины были бы кнопки, у Model X был огромный тачскрин. Я увидела всего две кнопки. Одна – аварийная сигнализация. «Это федеральное требование», – пояснил Райан, всплеснув руками в извинениях. Вторая кнопка находится справа от тачскрина, она открывает бардачок.
Во время езды в электрокаре не так трясет, как в машине с бензиновым двигателем, в которой есть какая-то постоянная трудноуловимая вибрация. В Tesla такой вибрации нет. Она плавно и тихо двинулась с парковки к шоссе Вест-Сайда.
Я попыталась запустить автопилот при помощи переключателя на левой стороне руля. Чтобы активировать его, нужно дважды потянуть регулятор на себя. Раздался сигнал, и консоль загорелась оранжевым цветом.
«Это новая машина, автопилот здесь неактивен», – пояснил Райан. – Масштабное обновление автопилота вышло несколько дней назад, на этой машине он заработает через несколько недель. Еще нужно собрать кое-какие данные».
«То есть автопилот не работает?» – спросила я.
«Нет, работает, – отозвался Райан. – Машина готова к полной автономии, но мы пока не можем ее применять – ну, вы понимаете, правила».
«Ну, вы понимаете, правила» подразумевало, что Джошуа Браун погиб в аварии из-за функции автопилота, и NTHSA еще не завершили свое расследование. Tesla отключили все автопилоты на своих машинах до тех пор, пока разработчики не создадут, не протестируют и затем не представят обновление.
Райан болтал о будущем, в котором – по его мнению – на каждом шагу были Tesla. «Илон Маск говорит, что, когда у нас автомобили будут полностью автономными, вам будет достаточно нажать кнопку, чтобы машина приехала к вам, – независимо от того, где вы находитесь. Ее путь может занять несколько дней, но она все равно доберется до вас». Я спросила, не приходило ли ему в голову, что ожидание в течение нескольких дней как-то не очень вяжется с идеей обладания машиной.
«Когда-нибудь» – самый распространенный способ обсуждения беспилотных транспортных средств. Не если, но – когда. Мне это кажется странным. Тот факт, что я не могла записаться на тестовую поездку в Uber, NVIDIA и Waymo, означает то же, что сказал Райан, – «Ну, вы понимаете, правила»: беспилотные автомобили в действительности не работают. Либо работают при благоприятных для вождения условиях: когда ясная погода, пустое шоссе с редкой разметкой. Примерно такой подход сработал в случае с Otto, дочерней компанией Uber, основанной Левандовски. Ей удалось прилечь внимание публики к своей компании, запустив беспилотный грузовик с восточного побережья на западное. В проекте было множество изъянов. Продолжительное автономное вождение требует наличия двух серверов на борту – один для текущей работы, другой в качестве резерва. Вместе они потребляют около 5 кВт, что способствует повышению температуры. Ее хватило бы для обогрева помещения площадью 120 кв м. Пока никому не пришло в голову, как в беспилотники установить охлаждающую систему, способную справиться с нагревом[122].
Райан направил меня в сторону светофора на шоссе Вест-Сайд. Обычно я убираю ногу с педали газа и еду накатом до стоп-линии, но тормоза сработали до того, как это получилось, – Tesla оснащена рекуперативными тормозами. Это значит, что тормоза срабатывают, как только я убираю ногу с газа. Иной алгоритм управления машиной сбил меня с толку. Кто-то мне посигналил. Не могу сказать точно, из-за чего мне сигналили: из-за моего странного поведения на светофоре на дорогой машине или это был обычный нью-йоркский придурок.
Я проехала дальше по шоссе и свернула на мощенную камнем Кларксон-стрит. По ощущениям дорога там была не такая ухабистая, как раньше. Райан направил меня за Хьюстон, к длинному зданию. Рядом шел длинный и прямой тротуар с несколькими пешеходами, идущими вдоль погрузочного оборудования. «Поддайте газу, – предложил Райан. – Давайте, никого нет вокруг. Попробуйте».
Меня не нужно было просить дважды. Я утопила педаль газа – всегда хотела это сделать, – и машина рванула вперед. Опьяняющая сила. Нас почти вжало в кресла от мощи разгона. «Почти как Space Mountain!» – прокричал Райан. Мой сын закивал на заднем сиденье. Было жаль, что дорога не была еще чуточку длиннее. Мы вернулись на шоссе Вест-Сайд, и я вновь вдавила педаль газа в пол – просто чтобы вновь почувствовать эту мощь. Всех снова вдавило в сиденья.
«Извините, – сказала я. – Мне просто это нравится».
Райан ободряюще закивал. «Вы отлично водите», – сказал он мне. Я просияла. Понимаю, что наверняка он говорит это каждому, но меня это не волновало. Мы с мужем заметили зеленоватый оттенок бокового зеркала.
«Это самая безопасная машина на рынке, – начал Райан – Самая безопасная машина из когда-либо созданных». Затем он рассказал историю о том, как NHTSA проводило краш-тест Tesla и не могли ее разбить. «Они пытались перевернуть ее и не смогли – им потребовался автопогрузчик. Мы проводили краш-тест, в котором машина врезается в стену, – и сломали стену. На машину роняли грузы и разбили их тоже. Тестового оборудования испортили больше, чем машин».
Мы проехали мимо другой Tesla в Гринвич-Виллидж и помахали водителю. Так поступают водители Tesla – приветствуют друг друга. А если ехать по шоссе в Сан-Франциско, рука устанет махать.
Райан постоянно ссылался на Илона Маска, которого однозначно окружает культ личности, доселе незнакомый ни одному автомобильному дизайнеру. Кто спроектировал Ford Explorer? Я не имею понятия. Но даже мой сын знает, кто такой Илон Маск. «Он известный, – сказал он. – Он даже был приглашенным героем в “Симпсонах”».
Мы припарковались и сфотографировались с сыном на фоне блестящей белой машины с поднятыми дверями. Затем мы вернулись к нашему автомобилю. «Теперь он кажется таким старым», – произнес мой сын. Домой мы ехали по шоссе Вест-Сайд, затем по вымощенной камнем Кларксон-стрит. Мы тряслись и подскакивали на каждом камне. Ощущения были радикально противоположными от езды на Tesla. Я снова чувствовала едва уловимые вибрации. Это было так, будто я пошла в Le Bernadin[123] на ланч и, вернувшись домой, поняла, что съела там лишь хот-доги.
Tesla – превосходный автомобиль. Но я скептично настроена относительно ее беспилотных возможностей. Частично это обусловлено тем, что этику для роботов очень трудно сформулировать. Этическая дилемма, связанная с проблемой вагонетки, философское упражнение. Представьте, что по рельсам несется вагонетка к толпе людей. Вы можете переключить стрелку и тогда собьете одного человека. Что выбрать в такой ситуации: совершенно точную смерть одного или нескольких? Для решения этой задачи и его последующего внедрения в программное обеспечение Google и Uber наняли философов. Это не сработало. В октябре 2016 г. Fast Company сообщила, что ПО Mercedes запрограммировано только на спасение водителя и пассажиров[124]. Это не очень хорошая идея. Представьте, что такая машина направляется прямо в толпу детей на автобусной остановке, а рядом с ними – дерево. Компьютер Mercedes решит наехать на толпу, а не врезаться в дерево, поскольку такая стратегия, вероятнее всего, гарантирует спасение водителя – независимо от того, что сам водитель предпочтет врезаться в дерево ради спасения жизни детей.
Представим обратный сценарий: система запрограммирована пожертвовать водителем и пассажирами в пользу случайных прохожих. Повезете ли вы в такой машине своего ребенка? Разрешите кому-либо из своей семьи поехать в ней? Захотите ли вы оказаться на одной дороге или на тротуарах, проехать на велосипеде рядом с автомобилями без водителей с сомнительной программой, настроенной на убийство вас или водителя? Доверяете ли вы неизвестным вам программистам, которые принимают такие решения за вас? В беспилотных автомобилях смерть – это одна из характеристик, а не баг.
Проблема вагонетки – классический учебный пример компьютерной этики. Многие проектировщики решают дилемму неудовлетворительно. «Если вы знаете, что можете спасти хотя бы одного человека, то стоит спасти его. Спасти того, кто в машине», – сказал в интервью для Car and Driver Кристоф фон Хьюго, менеджер автономной безопасности Mercedes[125].
Следуя примеру Минского и предыдущих поколений, разработчики не задумываются о последствиях применения принятых дизайн-решений. А следовало бы. Инженеры, разработчики, ученые в области компьютеров почти не имеют этической подготовки. У Ассоциации вычислительной техники (ACM), самой профессиональной структуры в этой области, есть собственный этический кодекс. В 2016 г. он был пересмотрен впервые с 1992 г. Напомню, что интернет стал доступен для массового использования в 1991 г., а в 2004 г. появился Facebook.
В рекомендуемых стандартах по компьютерной этике есть определенные этические требования, которые не выполняются. В системе учета нескольких университетов зарегистрированы курсы по этике для компьютерных и конструкторских специальностей. Этика и мораль находятся за пределами нашей дискуссии, однако достаточным будет сказать, что это далеко не terra incognita. Моральные соображения и концепты вроде общественного договора – это то, чем мы пользуемся, когда приближаемся к пределам собственных представлений об истине или понимания того, как стоит действовать в конкретном случае. Мы принимаем решения в соответствии с традициями нашего общества, которые могут формироваться религиозными или иными социальными группами. Когда социальные рамки отсутствуют, люди склонны принимать странные решения. В случае с беспилотными автомобилями нет ни единого шанса, что решения, принимаемые индивидами в офисах технологических корпораций, совпадут с принятыми представлениями об общественном благе. Что вновь приводит нас к вопросу: чему служат технологии? Каким образом они служат нам? Почему автономные машины запрограммированы на спасение водителя, а не группы детей? Кто согласится на такую версию «по умолчанию» и сядет за руль?
Огромное количество людей, включая представителей технологической индустрии, предупреждают о том, что феномен беспилотных транспортных средств поднимет сложные и пока не решенные проблемы. Среди прочих Жарон Ланье обращает внимание на экономические последствия:
Ланье, описывая мир, где безопасность транспортного средства опирается на монетизированные данные, характеризует его как антиутопию, где доступ к данным получают те, кто готов платить за них больше. Он предупреждает, что будущее беспилотных автомобилей едва ли связано с безопасностью, этичностью или высшим благом. Проблема заключается в том, что лишь немногие задумываются об этом. «Автономные машины в тренде и скоро станут реальностью» – это, кажется, стало уже прописной истиной, но мало кто замечает, что слова «скоро станут реальностью» звучат уже десятки лет. Сейчас все эксперименты с беспилотными автомобилями требуют водителя и разработчика на борту. И только техношовинист способен назвать такое положение дел успехом, а не провалом.
Однако в связи с разработками беспилотников на рынке появилось несколько полезных функций. В моей машине есть камеры, встроенные по всем четырем сторонам, – они помогают парковаться. В некоторых дорогих машинах появилась функция параллельной парковки, которая помогает водителю припарковаться в узком месте. В иных машинах есть устройство контроля полосы, которое издает звук, если вы приближаетесь к разметке. Я знаю нескольких водителей, которые действительно очень ценят эту функцию.
Функции безопасности «не продают» машины – в реальности продажи повышают встроенные DVD-плееры, Wi-Fi и Bluetooth. И это нельзя назвать движением к высшему благу. Согласно статистике, обилие технологий на борту не гарантирует безопасное вождение. Национальный совет по технике безопасности, группа наблюдателей зафиксировали, что 53 % водителей верят, что если производители установили на борту развлекательные панели и беспроводные технологии, то их можно безопасно использовать на дороге. В реальности все наоборот. Чем больше развлекательных приложений установлено на борту машины, тем больше вероятность аварии. Проблема отвлеченного внимания водителя стоит с тех пор, как за рулем стали набирать сообщения. В США более 3000 человек погибает в авариях вследствие отвлеченности. Национальный совет по технике безопасности подсчитал, что для того, чтобы полностью вернуть внимание водителя с телефона на дорогу, требуется 27 секунд. В 46 штатах запрещено переписываться за рулем, в том числе в округе Колумбия, Пуэрто-Рико, на острове Гуам и на Виргинских островах. Тем не менее во время движения водители все равно продолжают общаться по телефону, переписываться и искать путь в навигаторе. В частности, молодые водители. Согласно данным NHTSA, число водителей от 16 до 24 лет, которых заметили за манипуляциями с портативными устройствами, выросла с 0,5 до 4,9 % в период с 2006 по 2015 г.[127]
[122] Liu et al., “CAAD: Computer Architecture for Autonomous Driving”
[123] Французский ресторан морской кухни на Манхэттене, имеет три звезды Мишлен. – Прим. ред.
[124] Sorrel, “Self-Driving Mercedes Will Be Programmed to Sacrifice Pedestrians to Save the Driver.”
[125] Taylor, “Self-Driving Mercedes-Benzes Will Prioritize Occupant Safety over Pedestrians.”
[127] Pickrell and Li, “Driver Electronic Device Use in 2015.”