— Разборчиво? — живо спросил Ганс.
— Нет. Но прослушиваются слова: «не здесь» и «выйдем поговорим».
— Интересно знать, куда они поехали из соснового бора? — задумчиво проговорил Ганс.
— Белорусские леса большие, — ответил шеф.
— Это верно, но я, — продолжал Ганс, — в этом деле узнаю почерк черного бандита. Я давно слежу за его работой.
— Что же ты этим хочешь сказать?
— То, что птицы возвращаются в свои гнезда. — Ганс подошел к висевшей на стене карте и ткнул в нее пальцем — Здесь, в районе Логойска, — леса. В них партизанские отряды. В том числе и отряд Дяди Вани.
— Ну, район нам известен, — сказал шеф, — а точное местонахождение?
— Будет и точное! — задумчиво проговорил Ганс.
— Я знаю, что будет, но когда?
Ганс резко встал, прошелся по кабинету, потом подошел к телефону и снял трубку.
— Соедините с Похлебаевым! — небрежно сказал он. — Что? Да, да, домой. — Поглядел на шефа и постучал указательным пальцем по своему лбу: дескать, сейчас придумаем кое-что. — Не отвечает? Тогда кинотеатр!
Через несколько секунд в трубке послышался чей-то голос. Штраух взял отводной наушник и приложил к Уху.
— Николай? — проговорил Ганс. — Я звонил тебе домой, а ты, оказывается, на месте. Что? И тебя по тревоге? Ничего не поделаешь — война. А я к тебе по сверхсрочному делу. Еще не знаешь по какому, а уже готов? Молодец! Тогда жди меня минут через десять.
— Сейчас мы с ним съездим в лесничество, — обратился Ганс к Штрауху. — Оттуда протопчем дорожку к партизанам. Судя по всему, Лиля напала на след и ждет от меня конкретных указаний.
— Но ты мне нужен здесь ровно в девять, — проговорил шеф. — Ты же знаешь, что прилетает представитель ставки? Может, повременишь?
— Действовать надо молниеносно. Если наши предположения верны, то кончик нити от клубка находится в лесничестве, — сказал Ганс, — и чтобы он оказался у нас в руках, надо ехать немедля, установить связи с наблюдателями, дать задания всем и начать разматывать клубок. Лиля и лесничий должны выполнять все наши задания.
— Бесспорно, обстановка требует подключать их к делу активнее, — сказал шеф.
— Я же понимаю, — ответил Ганс. — Убийство рейхскомиссара вообще ставит вопросы нашей работы по-иному.
— Вот по этому вопросу я и звонил тебе, — проговорил Штраух.
— Знаешь что, Эдуард, — торопливо сказал Ганс, — мы поговорим об этом, когда я вернусь. У меня будут новые данные, и вообще я догадываюсь, что там зарыта собака.
— Что ж, пожалуй, ты прав. Только не запаздывай.
— Бегу! Распорядись, чтобы шофер подбросил меня к кинотеатру.
Похлебаев встретил Ганса Теслера у входа в кинотеатр. Поздоровавшись, они поднялись на второй этаж в кабинет директора.
— Такое страшное горе обрушилось на Германию, на всех нас… — проговорил Похлебаев, дивясь веселому настроению Ганса. — Только новая жизнь начала налаживаться…
— Да, тяжело… — скороговоркой произнес Ганс. — Но мы с них шкуру сдерем за фон Кубе. Через два часа будет арестован подпольный Центр. Шеф уже распорядился.
— Значит, им теперь крышка! — сказал Похлебаев.
— Не только им, друг. Я разведал все явки.
— Ну, ты просто снайпер, — сказал Похлебаев. — А что за срочное дело?
— Надо ехать в лесничество!