— Члены Минского подпольного центра!
Штраух подскочил как ужаленный.
— И ты об этом так небрежно говоришь? Да знаешь ли ты, что тут пахнет «железным крестом»? — С этими словами шеф вцепился в плечо Ганса.
— Я о награде не подумал, — ответил Ганс, отводя глаза от прямого взгляда шефа.
А тот уже сел за стол, нажал кнопку и сказал появившемуся на пороге эсэсовцу:
— Ланге!
Круто повернувшись, тот вышел, а через минуту в дверях стоял высокий офицер.
— Слушаю вас, господин штурмбанфюрер, — отчеканил вошедший.
— У вас есть полицейские, знающие город? — спросил шеф.
— Здесь нет, но через час они будут, — ответил Ланге. — Я пошлю за ними.
— Вот вам список подпольщиков, — сказал шеф, передавая Ланге листок бумаги. — Когда вызовете полицейских, возьмите солдат и арестуйте этих подпольщиков и… всех, кого застанете с ними. Сейчас четыре часа ночи. В пять начнете действовать. На операцию даю два часа. Идите!
Ланге повторил приказ и вышел.
Шеф снова сел рядом с Гансом.
— Есть интересное дело, Ганс, — сказал шеф, — но прежде скажи, что ты думаешь об убийцах Кубе, кто они?
— Точно пока не знаю, — отвечал Ганс, — но кое-что могу показать.
С этими словами Ганс достал кусочек березовой коры и протянул шефу.
— А это что за сюрприз? — спросил, усмехнувшись, шеф, рассматривая кору. — Постой, на ней что-то написано.
Штраух взял со стола лупу и, держа ее над корой, прочитал:
«В 13 часов дня в телеге по проселочной дороге соснового бора проехала служанка фон Кубе Галя. С нею две женщины, старуха и дети. Веду наблюдение. Лесовичок».
— Бауэр и Готберг уже знают? — спросил, затаив дыхание, шеф.
— Не считай меня глупцом, Эдуард, — ответил Ганс. — Это наша с тобой тайна. Кроме того, они уверены, что преступницы в Минске. А партизаны всегда уводят своих из-под удара. Я, Эдуард, собаку съел на расшифровке их хитростей. Порой даже завидую их умению и ловкости.
— Ну, мы тоже чего-нибудь да стоим, — проговорил Штраух. — Операцию «Кеймах» ты провел блестяще — разведал и сообщил точные координаты воздушного коридора. И наши летчики не промахнулись. За это тебе и дали оберштурмфюрера плюс десять тысяч наградных.
— Этим я только тебе обязан, — процедил сквозь зубы Ганс.
— Твоя информация о Гале, — продолжал Штраух, — подтверждает мою догадку. Я тебе сейчас тоже кое-что покажу.
С этими словами шеф полиции безопасности и СД достал из ящика стола папку и, раскрыв ее, подошел к Гансу.
— Вот, полюбуйся.
Теслер прочитал написанные карандашом на листке блокнота строки:
«Утром в 11 час. 35 мин. горничная фон Кубе гросс Галина встретилась в сквере с торговкой. К ним подбежала Валя — сестра гросс Галины. Втроем поспешно вышли из сквера и затерялись в толпе на улице».
— Картина проясняется, — проговорил Ганс. — До соснового бора полтора часа на мотоцикле. На машине чуть больше. А что за торговка?
— Торговка — подставное лицо, — ответил шеф. — Она покупала у Гали туфли. Я прослушал еще раз запись их разговора. Он шел нарочито громко, а в паузах они шептались.