— Да.
— Ладно, — усмехнулся хозяин, — пеняй на себя. Я тебе ничего не навязывал.
Он отставил бутылку и, оглядев полированный стол, провел пальцем по запыленной столешнице. Остался длинный, извилистый след.
— Это река, — сказал Глебов. И рядом с «рекой» очертил кружочек. — Это Каменка. Горы, — пометил он.
Можайкин прищурился:
— Похоже.
— А вот тут — мост на века. Как у тебя в проекте.
— Точно.
Глебов еще дальше отставил бутылку.
— А если так? — Он продлил черточку «моста» на запыленном столе. — Не мост над рекой. А тоннель под рекой. И дальше — сквозь горы — напрямую к заводам. Дорога сократится километров на сто.
Можайкин долго молчал, смотрел на схему и думал, наконец негромко сказал:
— Смотри, какой глазастый: углядел. — Он машинально налил и выпил коньяк. Нащупал на столе зажигалку и закурил. Острый голубой огонек газовой зажигалки так и остался гореть в его крепко сжатой руке. — И как это ты додумался?
— Да так как-то, — ответил хозяин. — Без кибернетики. Старым дедовским способом — пошевелил мозгами.
— У предков учился? Мол, Архимед — в ванне, Ньютон — в саду, а я — в пустой квартире. — Внезапно и бешено рыжий Можайкин обрушил свой мужицкий кулак на эти «горы» и «реки» на запыленном столе. — Так что же ты раньше молчал?!
— А я давно предлагал!
— Кому?
— Начальству! Еще до тебя. И мне ответили! Мол, дорогой товарищ, не занимайтесь химерами. Мол, где это видано — строить мост под рекой? Мол, идите, дорогой товарищ, и занимайтесь своими делами.
— А ты? Повернулся и вышел?
— Ушел заниматься своими делами.
— Ах ты, красна девица! Напоролась на динозавра — и сразу лапки кверху?
— А что мне, грудью на амбразуру?
— Да! — заорал Можайкин. — Грудью! Или пускай другие? Я, например? — Он снова налил, и залпом выпил коньяк, и склонился над столом с еле заметными пыльными черточками и кружочками. — Вот додумался, дьявол! Просто и…
— Рискованно, — подсказал Глебов. — Рискнешь — сорвешься. И не быть тебе ба-а-альшим человеком. — Не принимая все это всерьез, он взглянул на часы. — Ну, шутки шутками, а мне нужно собираться. Скоро придет такси.
Он открыл пустой чемодан, который стоял на столе, и стал укладывать полосатый купальный халат.
— Да брось ты свои тряпки! Никуда не уедешь!
— А как же Черное море, пальмы и девушки? — спросил хозяин, с заметным удовольствием укладывая халат. — Ты же сам говорил.
— Никаких девушек! — зарычал рыжий гость. — Иди сдавай билет! У тебя сохранился чертеж и расчеты?
— Как говорила та обезьяна, начнем все сначала?
— Ладно, остряк! Утром пойдем к министру. Он-то рискнет.
— Он рискнет, он министр. А вот хочу ли этого я? — Глебов уложил в чемодан и пижаму.