– Где? Где мы?
– В моей... нашей квартире.
Мой подбородок опустился.
– Нокс, может, Айзеку стоит отвезти меня домой? Мне нужно немного подумать.
– Нет. Ты можешь думать здесь. В твоей квартире нет ни мебели, ни еды, ничего. И самое главное, моя квартира безопасна. – Он приподнял мой подбородок и коснулся губами губ. – Если этого недостаточно, я здесь и у меня полностью укомплектованный бар. После того, как ты выглядела рядом с Ореном, думаю, тебе не помешало бы и то, и другое.
Я определенно могу воспользоваться баром.
– И то и другое, – сказала я наконец с усталой улыбкой.
Я старалась не смотреть на Нокса, пока мы шли через вестибюль к лифту. Я даже не обращала внимания на окружающую обстановку. Я была уверена, что здание хорошее. Конечно, так оно и было. Пока я обдумывала предстоящее объяснение, ничего не замечала.
Я не собиралась засыпать в машине. Это были эмоции и, вероятно, бокал вина. Последний прием пищи у нас был в самолете. По мере того, как лифт поднимался все выше и выше, я все меньше и меньше думала о том, что мне нужно сказать, и все больше о еде.
– У тебя есть еда? – прошептала я, хотя в лифте нас было только двое.
Нокс усмехнулся.
– Правильный вопрос – есть ли у нас еда? И ответ – да. У нас также есть повар, но она не ожидала нас так рано. Итак, у нас есть еда, но я понятия не имею, что именно.
Я молча кивнула.
– Я могу приготовить.
Его светлые глаза расширились.
– Можешь?
– Да.
Почему-то на ум пришел Патрик.
– Я не шеф-повар, но могу приготовить неплохие спагетти и фрикадельки.
– Фрикадельки? Ты же понимаешь, что разговариваешь с итальянцем?
– Ну... – я помолчала, сморщив нос. – Я всегда покупала замороженные фрикадельки.
Свободной рукой он схватился за сердце.
– Какое святотатство!
– Как насчет поджаренного сыра?
– Сэндвич с сыром на гриле? – спросил он.
– То же самое.
– Звучит замечательно. – Двери открылись. – Как думаешь, какое вино подойдет к сэндвичам с жареным сыром?
– Калифорнийское, – в унисон ответили мы.
Нокс открыл дверь и щелкнул выключателем. В гостиной и столовой зажегся свет, словно мягкая белая жидкость, смывающая темноту. Это здание было старше, чем у Патрика, но все еще современное по Нью-Йоркским стандартам. Дубовый пол контрастировал со светлыми стенами. Как и в квартире Патрика, впечатляющей особенностью были окна. Две смежные стены были заняты окнами от пола до потолка. Вид на освещенный город был ошеломляющим.
Нокс взял меня за руку.