— Давайте придём сюда в другой раз, с верёвками и страховыми полисами на большую сумму, — предложил я.
— Нет, — ответил Фостер, — Ведь мы же нашли, что искали…
— Конечно, — сказал я. — Так нам и надо. А вы уверены, что чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы уподобиться Алисе и Белому Кролику из Зазеркалья?
— Да. Пошли.
Фостер сунул ноги в дыру, соскользнул вниз и пропал. Я последовая за ним: осторожно влез в туннель, бросил прощальный взгляд на ночное небо и, отпустив руки, съехал вниз. От сильного удара о дно шахты у меня захватило дух. Я встал на четвереньки на ровном полу, усеянном гравием.
— Где мы?
Я нащупал между обломками камней фонарик и посветил вокруг себя. Мы находились в помещении площадью около десяти квадратных ярдов с низким потолком. Я видел гладкие стены, какие-то тёмные массивные формы, которые напоминали мне саркофаги в египетских гробницах, за тем исключением, что здесь они блестели в луче света множеством шкал и ручек управления.
— Для парней, которые старательно избегают общества полицейских, мы обладаем просто таланте?»! делать то, чего не следует, — сказал я, — Это какой-то совершенно секретный военный объект.
— И думать нечего, — ответил Фостер. — Это не может быть современным сооружением. Пол шахты усыпан камнями…
— Давайте быстрее уберёмся отсюда, — прервал его я. — Мы и так уже, наверное, вызвали срабатывание охранной сигнализации.
Как-будто в подтверждение моих слов наш разговор был прерван тихим звоном. На квадратной панели вспыхнули жемчужные огоньки. Я поднялся на ноги и подошёл поближе, чтобы лучше её рассмотреть. Фостер встал рядом.
— Что скажете? — спросил он.
— Я не специалист по памятникам каменного века, — сказал я. — Но провалиться мне на месте, если это не экран радиолокационной станции.
Я уселся в единственное кресло перед запылённым пультом управления и принялся следить за красным пятнышком, которое ползло по экрану. Фостер встал за моей спиной.
— Мы в долгу перед старым грешником, — произнёс он. — Кто бы мог подумать, что он приведёт нас сюда?
— Старый грешник? — переспросил я. — Да здесь все куда современнее, чем музыкальный автомат, который выпустят в будущем году.
— Посмотрите на символы, которые нанесены на всех этих приборах, — обратил моё внимание Фостер. — Они идентичны тем, которыми написана первая часть дневника.
— Для меня все крючки выгладят одинаково, — ответил я. — Сейчас меня больше волнует экран. Насколько я понимаю, эта точка означает самолёт, летящий или с очень малой скоростью или на очень приличной высоте.
— Современные самолёты могут действовать на больших высотах, — заметил Фостер.
— Но не на таких, — сказал я. — Дайте мне ещё несколько минут, чтобы изучить эти шкалы…
— Здесь ещё какие-то органы управления, — произнёс Фостер. — Они явно предназначены для включения…
— Не трогайте их, — предупредил я, — если не хотите начать третью мировую войну.
— Я не думаю, что результаты будут настолько серьёзными, — отозвался Фостер. — Весь этот комплекс явно предназначен для каких-то простых целей, не имеющих ничего общего с современными войнами. Но очень возможно, что он связан с тайной дневника… и с моим прошлым.
— Чем меньше мы знаем о нем, тем лучше, — заметил я. — Во всяком случае, если мы ничего не будем здесь трогать, то всегда сможем заявить, что заглянули сюда, прячась от дождя…
— Вы забываете об Охотниках, — сказал Фостер.
— Это, наверное, какое-то новое и очень хитрое противопехотное оружие.
— Они появились из этой шахты, Лиджен. Она вскрылась под давлением рвавшихся наружу Охотников.
— Почему они выбрали именно тот момент, когда появились мы? — заинтересовался я.
— Думаю, их что-то потревожило, — ответил Фостер. — Видимо, они почувствовали присутствие своего давнего врага.
Я развернулся в кресле и посмотрел на него: