— Мы думали, может, он поначалу шпионил для крыс, — добавил Бен, — Наткнулся на нас, когда мы прятались, и тут же начал орать и командовать. Не слишком боялся, что крысы нас найдут. Говорил, что давно раскусил их. Наконец мы заставили его замолчать, а когда укрылись в лесах, ему стало нечего говорить. Мы с Мари как раз думали, не бросить ли его, когда наткнулись на вас, ребята.
— Полковник, — неуверенно произнес Эмиль, — а сколько времени прошло? Долго нас не было? Мы с доком добрых десять лет прожили в той хижине, но вы сказали…
— Мне показалось, что прошло недели две, — сообщил я ему. — Не знаю. Когда нарушаешь равновесие времени, пространства и пустоты, случаются странные веши. Во время обычного сетевого путешествия, если можно назвать обычным нечто столь экстраординарное, как МК-привод, темпоральное равенство строго сохраняется. Схемы специально для этого отрегулированы. Но мы ныряли в темпоральный стазис и выныривали из него, меняли машины — мы же не знаем, насколько стабильны йлоккские транспорты, — так что расхождение наверняка есть. Надеюсь, не слишком большое.
— Мы ничего не знаем о том, что происходит дома, — заметил Эмиль. — Как по-вашему, кто выигрывает, полковник?
— Не сомневаюсь, что мы, — ответил я. — Особенно после того, как прекратилось поступление подкреплений.
Мы связали старину Гаса, точно рождественскую индюшку, и вернулись к насущным делам.
— Мы его забираем, полковник? — спросил Эмиль. Я объяснил ему, что Гаса ждет заслуженное наказание, когда его найдет дворцовая фракция. Поэтому мы запихали его с глаз подальше в грузовой отсек.
— Потерпи всего пару часиков, Гасси, — успокоил его Хельм. — Пока тебя не найдет дворцовая стража.
Ответить тот не мог — мы затолкали ему в рот кляп, — но глазами повращал от души.
Я в последний раз проверил показания чужих приборов, не все из которых мне были понятны, и потянул за большой рычаг главного привода.
Все были предупреждены о странном ощущении, которое появится, когда опустится поле, но люди уже испытывали его прежде, пережили, и через мгновение оно прошло.
Все эти машины были сконструированы для единственной цели перемещения между Желтой зоной и линией ноль-ноль, так что о навигации беспокоиться не приходилось. Мы следили, как стрелка ползет к красной отметке на большом хронометре, и когда они совпали, полет автоматически прекратился.
— Дома! — благоговейно произнес Хельм.
Я попытался покрутить разные настройки, чтобы активировать экраны внешнего обзора, но ничего не вышло. Придется открыть люк.
Хельм так и сделал, но прежде чем он вышел, я крикнул: «Стой!» В следующее мгновение по наружной двери лязгнула пуля, а вслед за ней выстрелы посыпались градом. Эмиль отступил, сбитый с толку.
— Это я виноват, лейтенант, — покаялся я. — Конечно, ТСН уже окружила склад, который йлокки использовали как приемную станцию, и готова атаковать каждый прибывающий йлоккский транспорт, до того как высадятся войска. Разумеется, они не знают, кто мы.
Мы соорудили белый флаг и высунули его наружу. Он тут же разлетелся в клочки.
Затем огонь прекратился, и я крикнул:
— Хватит! Это свои!
— Бриан? — раздалось в ответ. — Бриан! Не может быть! Я узнал голос Манфреда, но слабый и неуверенный.
Я вылез в большой пустой склад. Вооруженные ребята из ТСН вышли из укрытий, продолжая зажимать меня в углу. Ко мне метнулся старик, и за мгновение до того, как он обнял меня, я узнал в нем Рихтгофена.
— Сколько времени? — умудрился вклиниться я в его взволнованную речь.
— …когда ты не вернулся через оговоренные две недели…
— Не помню такого, — вставил я. — Но сколько времени прошло? Барбра…
— Бриан, после…
— Да? После… чего? Сколько времени?
Мне никак не удавалось до него достучаться. Он сильно сдал, превратился в дряхлого старика с мутным взглядом и жалкими клочьями белых волос на голове. Но в конце концов, когда я видел его в последний раз, ему шел девятый десяток. Конечно, ему несладко пришлось, учитывая, что происходило.
— Сколько времени? Ты спрашиваешь, сколько времени, Бриан? — наконец произнес он, когда окончательно поверил в реальность нашего присутствия. — В этом месяце одиннадцать лет исполнится с того дня, как я послал тебя на верную гибель в Желтой зоне.
— Мне столько надо вам рассказать, сэр, — сказал я, — но можно сперва повидать Барб? Где она? Надеюсь, здесь, в городе.
— Конечно, конечно, — Он последний раз погладил мое плечо, словно хотел лишний раз убедиться, что я не призрак. — Бриан, я должен тебе признаться… лучше сразу сказать… Прелестной Барбры здесь нет. — Он сглотнул и сокрушенно продолжил: — Прости за грубый прием. Но ты, конечно, понимаешь…