Оживленную дискуссию представителей Межзвездного сообщества подогрел темпераментный арианец Фландерс, первый, кто подсчитал примерную массу всех предполагаемых в Космосе колоний протозид. Именно Фландерс впервые дал понять, пусть и с известной долей преувеличения, что окажись протозиды в одном достаточно ограниченном районе, коллапс объекта, избранного ими, неважно, звезды, галактики или шарового скопления, вполне мог подвергнуть реальной опасности обширную часть Вселенной…
Роули…
Брат Хенка погиб в районе 5С16 при взрыве именно этого загадочного объекта.
Звездная кора объектов, подобных 5С16, по предположениям того же К. Смута, это фантастически твердое кристаллическое вещество, покоящееся на вырожденной нейтронной жидкости. Любая подвижка, самое ничтожное оседание коры способно мгновенно высвобождать чудовищную энергию.
Роули могло погубить жесткое излучение, его корабль мог быть разрушен приливными силами.
Объяснять гибель Роули происками протозид было явно излишне, но существовала и такая точка зрения.
«Звездный разведчик Роули, — заявил в свое время в одном из своих интервью известный космоаналитик З. Цух, рассчитавший примерную энергию взрыва объекта 5С16, — возможно, вошел в зону 5С16 как раз в тот роковой для него момент, когда протозиды зажгли в Космосе еще один прощальный костер своей вымирающей цивилизации…»
Объект 5С16…
Хенк переключился на Симму.
Даже намек на боль, так жестоко сотрясшую его недавно, был ужасен.
Но звездный разведчик Роули был его братом! Хенк помнил пилота Роули! Хенк помнил свой сад, он помнил белую розу, прячущуюся в тени бревенчатого забора!
Другое дело, что он, Хенк, не помнил, когда на «Лайман альфе» появился Преобразователь. Он привычно считал, что Преобразователь был на «Лайман альфе» всегда. Оказывается, это не так. Тогда, может, это действительно протозиды усовершенствовали корабль?
«Но тогда, — невесело усмехнулся Хенк, — они могли бы усовершенствовать и меня…»
Глава 15
У космодрома металлические заросли почти исчезли.
На плоской поляне Хенк, присев, развел руками слабые стебли.
Крупинки кислой сухой почвы, поднятые им, резво разбежались по ладони, отчетливо указывая направление силовых линий. Хенку безумно захотелось увидеть настоящую землю — влажную, жирную, легко расползающуюся под пальцами, оставляющую пятна, темную от остатков прошлогодней листвы.
Услышав шаги, он не стал поднимать голову. Он знал, кого он увидит, подняв голову.
— Зачем вы ходите за мной, Петр?
Челышев молча присел рядом.
— У вас есть новости, Петр?
— Да, Хенк. И не очень добрые.
— А именно?
— Я получил расчеты Местинга.
— Кто он, этот Местинг?
— Арианец. Истинное его имя трудно произнести. Мы его упростили. — Челышев повторил: — Местинг.
— Расчетчик?
— Великий расчетчик, Хенк.
— Что же вам сообщил великий расчетчик?
— Он подтвердил наши самые худшие опасения. Массы тех протозид, что стекаются сейчас в Крайний сектор, вполне достаточно, чтобы вызвать катастрофический взрыв квазара Шансон. Если это случится, Цветочники, Арианцы, океан Бюрге, они действительно обречены, Хенк.