— Да не поймешь ты…
— А ты же говорил, что я сообразительный.
— Сообразительный, но маленький. Чтобы понять некоторые вещи, нужно много учиться, а ты еще в школу не ходишь.
— В этом году я пойду в школу.
— Вот тогда и узнаешь, на чем звезды держатся…
— Ну хорошо. Я не пойму, а ты скажи. Что тебе, жалко? На чем они держатся?
— Ни на чем не держатся. Они летят.
— Куда?
— В бесконечность.
— А что такое бесконечность?
— Это то, у чего нет конца. Я же говорил, что ты не поймешь… Спи!
Но и на этот раз Ромка заснул не сразу. Он думал о том, как они скоро приедут домой, как обрадуется их возвращению мама, как он будет рассказывать Косте про Пушка, про утку, которая улетела, про Разбойника, который сегодня тоже улетел, про Шустрика и про Мямлика. Мямлика он отдаст Косте за так, даже увеличительное стекло назад не возьмет…
Так он думал, глядя на звезды. А может быть, это снилось ему во сне?
Эх, Костя не видит!
Отец покачал канистру, в которой хранился запасной бензин, и озабоченно проговорил:
— Далеко мы с тобой забрались, Роман Петрович… Боюсь, что бензина до дому не хватит.
— А мы на веслах поплывем.
— Против течения-то? Нет, брат, на веслах далеко не уйдешь. Попробуем прицепиться вон за тот караван.
— А нас не поругают?
— Мы разрешения попросим…
Он сбавил обороты мотора и направил «Ласточку» на середину реки, где должен был проходить появившийся снизу караван.
Когда буксир поравнялся с лодкой, Ромка сам, без помощи отца, прочитал на его борту: «Б-Ы-С-Т-Р-Ы-Й».
«Быстрый» шел не очень быстро, потому что тащил за собой две большие баржи. «Ласточка» приблизилась к последней барже. Отец сложил рупором журнал «Огонек» и крикнул:
— Эй, на барже!..
Из каюты вышел человек в тельняшке и подошел к борту.
— Возьмите, пожалуйста, на буксир, бензин кончается, — попросил отец.
— А вам куда?
— До Волгограда.
— Подходите к корме. — Человек в тельняшке прошел на корму и свесился через борт. — Давайте цепь… Вы сами-то в лодке останетесь или на баржу переберетесь?
— На баржу! — ответил за отца Ромка. — Только мы с Диком, можно?