― Разве тебе обязательно ехать? ― грустно спросила Элая.
― Думаю, будет лучше, честнее, если я это сделаю.
― И когда ты вернёшься?
― Через несколько дней, не больше.
― Обязательно возвращайся! Я буду ждать тебя! ― Элая с большой неохотой отпустила молодого человека. Она едва не потеряла отца и не хотела теперь потерять ещё одного человека, который был ей дорог.
― И береги себя, слышишь! ― почти закричала она, стараясь пересилить шум заработавшего двигателя «Сессны». Вадим помахал в ответ через лобовое стекло.
Самолёт стал набирать скорость, и берега Маринеи стали постепенно удаляться, превращаясь во что-то не вполне реальное. Предстояло вернуться в наш мир, почти уже забытый за тот год, что Вадим провёл на Маринее. И пускай это нужно было сделать лишь на несколько дней, задача казалась трудней, чем была на самом деле. Как только он пересёк границу двух миров и оказался в Майами, он отправил секретное сообщение своему руководству. Теперь предстоял долгий полёт домой.
В Москве были немало удивлены. Руководство Вадима считало его пропавшим без вести, возможно, погибшим. Было известно, что американцы также ищут своего человека, к тому же исчез этот самый пресловутый Пауэлл. И вот внезапно агент, пропадавший неизвестно где почти полгода, снова вышел на связь!
В аэропорту Вадима уже встречал Илья. Видя, как он напряжён, парень не стал ни о чем спрашивать, а просто протянул руку. Тот быстро пожал её, и оба направились к выходу. Илья повернул ключ, и мотор «Волги» мгновенно откликнулся негромким урчанием.
― Может, хочешь сначала домой заехать? ― решился нарушить молчание Илья.
― Нет, давай прямо к шефу. Хочу побыстрее закончить с этим делом, ― с едва заметным раздражением ответил Вадим.
И через несколько мгновений добавил:
― Как же я устал! Это было самое трудное моё задание… самое трудное, ― и Вадим закрыл глаза, откинувшись в кресле.
Илья с любопытством посмотрел на него, но ничего не сказал и продолжил вести машину.
Обычно спокойный Игорь Константинович на этот раз заметно нервничал. Он расхаживал по кабинету, держа в руках стакан с виски.
― Садись! ― тут же приказал он вошедшему Вадиму.
Потом опомнился, сказал:
― Извини, просто нервы ни к черту. Не спал уже почти двое суток.
― Я всё понимаю, Игорь Константинович, ― спокойно ответил тот.
― Хорошо. Ну, рассказывай, что случилось. Во всех подробностях, пожалуйста.
Вадим пересказал всё, что случилось с ним за время, проведённое в Маринее, особенно подробно остановившись на последних событиях. Молодой человек рассказал и то, что Уоррен успел разоблачить его. Единственное, о чём умолчал Соболев, это о своих чувствах к Элае. Он не собирался ни с кем делиться этим, даже с Игорем Константиновичем.
Пока Вадим рассказывал, полковник допил весь свой виски, продолжая, однако, вертеть в руке пустой стакан.
― Это всё? ― спросил он, когда Вадим замолчал.
― Нет, не совсем.
― Я слушаю.
― Я хочу уйти со службы. Навсегда.
― То есть, как это уйти?! Ты что, спятил?! После всего, что ты узнал, что видел, вот просто так взять и скрыться! Бывших агентов не бывает, запомни это! От нас уходят только ногами вперёд! ― под конец Игорь Константинович уже кричал. Голос выдавал, что он пьян. Усталость, напряжение последних дней и выпитое сделали своё дело.
― И всё же я уйду, Игорь Константинович, ― всё также спокойно продолжал отвечать Вадим.
Его спокойствие ещё больше распалило начальника:
― Уйдёшь?! Черта с два, Вадим, ты уйдёшь! Нам придётся убрать тебя, как тогда твоих родителей…