― Можешь в этом не сомневаться. Текст решения и обращения к людям уже загружены в информационную систему и через несколько минут каждый житель нашей страны будет осведомлён о нём!
― Я хотел ещё спросить, нельзя ли вновь поставить наблюдение за ардестинианским посольством? ― Вадим не мог уйти, пока не узнает ответ.
― К сожалению, этого сделать не получится. Я говорил с несколькими членами Совета. Среди наших все почти против ― боятся обострять отношения с Ардестинией, ведь нападения и другие теракты прямо не связаны с ними. Доказать причастность ардестинианцев нам не удалось.
― Ещё бы! Они наверняка позаботились о том, чтобы не осталось никаких следов! Но я уверен, что это всё Уоррен…
― Что ты собираешься делать, Вадим? ― поинтересовался Аргос Тор.
― Отныне я прилипну к нему, как тень. Я знаю, что он выходит наружу, и вот тогда-то я припру его к стенке!
― Один раз ты уже сам чуть не пострадал, ― напомнил Верховный мудрец.
― Я знаю. И уверяю вас, что этого больше не повторится!
― Хорошо, только будь осторожнее! Мне нужно снова съездить в больницу, проведать жену… А ты, пожалуйста, встреть сегодня Элаю после работы и проводи до дома, могу я попросить?
― Можете даже не напоминать!
Как и обещал Аргос Тор, послание Совета мудрецов очень скоро разошлось по всей стране. И на первое время, казалось, оно возымело своё действие ― несколько дней всё было спокойно. Однако затем по отдалённым краям Маринеи прокатилась буквально волна убийств, одно другого жутче: обезображенные тела или их части находили в самых разных местах, а одного несчастного специально оставили в живых и привязали израненного, истекающего кровью к ограде дома главы местного совета одного из маленьких городков на юге страны. Когда он вместе с домочадцами приблизился к жертве, чтобы помочь и отвязать от ограды, раздался мощный взрыв ― на теле несчастного убийцы закрепили связку гранат. В итоге, погибли все. И ни в одном случае выйти на след террористов не удалось ― настолько искусно они заметали следы.
В итоге диверсанты добились желаемого результата ― среди маринейцев стало понемногу расти возмущение в отношении центральной власти, её бездействия и неспособности защитить свой народ от этой чудовищной угрозы. Стали раздаваться отдельные призывы, чтобы распустить действующий состав Совета мудрецов и избрать новых, но пока до конкретных действий так и не дошло, и всё осталось только на словах.
В Айяделле обстановка была самой спокойной, но в такой ситуации она могла быстро перерасти в нечто совсем иное. В первые дни знакомства с этой страной и её людьми Вадим даже не мог себе представить, чтобы маринейцы могли быть чем-то недовольны и, более того, когда-нибудь решились на мятеж, революцию и тому подобные вещи. Но сейчас он с ужасом не исключал даже этого варианта развития событий.
Зайдя в один из дней в кабинет Аргоса Тора, Вадим застал там посла Ардестинии Тримоса Нодра, человека маленького, пухлого и по виду незлобного. Он как раз в этот момент приносил Верховному мудрецу искренние соболезнования от имени своей страны в связи с очередными жертвами. Аргос Тор с грустью кивал в ответ на его слова.
Вадима эта сцена привела в бешенство, прорвавшееся сквозь многодневно нараставшее напряжение. Он подскочил к послу и чуть ли не взял его за грудки, подняв с кресла.
― Да как вы смеете здесь распинаться и произносить всю эту ложь глядя в глаза человеку, соотечественников которого убивают ваши подлые наёмники!
От этой сцены на мгновение застыли и посол, и сам Аргос Тор, и несколько сотрудников посольства и Совета мудрецов, находившихся в это время в кабинете.
― Молодой человек, я не потерплю!.. Что за надуманные обвинения?! ― верещал Тримос Нодр, оглядываясь по сторонам и, особенно, в сторону Верховного мудреца, пока Вадима оттаскивали от него в другой угол комнаты.
― Уважаемый посол, я прошу прощения! ― нашёлся пришедший в себя Аргос Тор. ― Это не официальная позиция Маринеи, а лишь частные утверждения Вадима, просто скопившее напряжение вырвалось наружу… Такого больше не повторится! Прошу вас, не раздувайте скандала из этого прискорбного инцидента!
― Ну, ладно… забудем, уважаемый Аргос Тор, ― пробормотал смягчившийся посол. ― И ещё раз примите мои искренние соболезнования!
― Благодарю вас! ― Верховный мудрец лично проводил Тримоса Нодра и его свиту до выхода из кабинета, стараясь провести их как можно дальше от Вадима, который всё ещё стоял в углу, тяжело дыша и недобро поглядывая на посла.
― Прошу, больше не делай так! ― со всем чувством призвал Вадима Аргос Тор, когда они остались вдвоём в кабинете. ― Он мог бы раздуть из этого невероятный скандал, и тогда горе нашему мирному соглашению с Ардестинией!
― Да к чёрту соглашение! ― вновь взвился было притихший молодой человек. ― Разве вы не понимаете, что всё это просто ложь?! Ложь вам в лицо!
― Даже если это и так, хотя я сомневаюсь, я пока ничего не могу поделать, ― как можно спокойнее, чтобы разрядить обстановку, сказал Аргос Тор.
И он был прав. Тримос Нодр, конечно, не был таким уж невинным ягнёнком, а достаточно прожжённым дипломатом с почти двадцатилетним стажем, и немало на своём веку льстил людям и лгал, но в данном случае он, как ни странно, говорил правду. Парадоксально, но руководство Ардестинии не сочло нужным поставить своего посла в известность о готовившейся операции, и этот человек действительно искренне считал, что налаживает отношения с давним противником своей державы. Он старался делать это хорошо, тем самым где-то даже мешая своим хозяевам.
Вот какой разговор, перешедший в какой-то момент на повышенные тона, состоялся у них с Тавором Кратосом незадолго до начала войны.
― Знаете, Тавор, я порой вообще не понимаю, что мы с моими людьми тут делаем! Я то и дело выражаю Аргосу Тору соболезнования по поводу очередной трагедии с маринейскими гражданами, а сам вот не могу взять в толк, что же происходит?
― А что, собственно, происходит? ― с невозмутимым лицом отвечал ему Кратос. ― Жизнь ― суровая штука, и порой со всеми нами случается что-то неприятное. Умирают люди ― это печально, но ничего уж не поделаешь! А вы продолжайте выполнять свою работу, как делали это до сих пор. К вам никаких претензий нет, все наши пока довольны результатом.
― Да уж, довольны… Странно только то, что все эти события: загадочные смерти, террористические акты, диверсии стали происходить после подписания между нашими странами этого мирного соглашения. Раньше, насколько я знаю, в Маринее такого не наблюдалось. Здесь есть над чем задуматься, а, Тавор? ― этот намёк был уже довольно прозрачным.
― Не советую вам думать о чём-либо, кроме своих прямых обязанностей, дорогой Тримос! ― уже с железной ноткой в голосе ответил Тавор Кратос. ― От этого может сильно разболеться голова.