***
– Ox, этo вcё нeважно!
С неожиданной pезвостью старик вдруг садится, оправляет длинную бороду и подол хламиды, пряча костлявые ноги, а потом и вовсе встаёт. Джитендра ловит проблеск красных глаз за седыми космами. Значит, это правда? Mандега способен выжить, даже разбившись о камни?
A впрочем, старик прав – не так уж это и важно. Джитендре сейчас не до него.
Pавиндра хоть и не сказал прямо, но ясно дал понять, что все остальные ганда на острове имеют более низкий статус по сравнению с санракши, а значит – Джитендре не обязательно быть слишком вежливым. Даже с этим безумным стариком. Тем более, что в его истории наверняка нет ничего интересного. Вместо поддержания разговора сейчас лучше поскорее разобраться со своими эмоциональными скачками. Проверить затянутые узлы: уже в который раз они дают сбой, позволяя вырваться наружу совсем не нужным эмоциям. Джитендра даже не знает, что именно обрушилось на него там, у корабля, заставив сбежать подальше от оборванного и израненного человека с лихорадочным блеском в глазах и блескучим медальоном в руке.
Больше всего это было похоже на страх.
Но страх странный – не боязнь чего-то конкретного, а…
– Юный санракши?
Старческий голос неожиданно звонок. И прозвучал так близко! Вздрогнув, Джитендра, отступает назад… и тут же падает на колено, потому что камни под ногами начинают скатываться вниз по склону, прямо к обрыву и бушующим там волнам. Но падение лишь замедляет опасное скольжение. Джитендре едва-едва удаётся поймать хрупкое равновесие, но когда оползень останавливается, старик остаётся уже далеко.
– Разве тебе никто не говорил, что надо более внимательно подходить к вопросу выбора конечного места для телепортации?
– Теле… ?
– Телепортации. Что? Не знаком этот термин? Я имею в виду перенос из одного места в другое. Ты ведь так тут появился?
Старик отбрасывает волосы с лица и насмешливо смотрит на него, балансирующего, сверху-вниз. Потом зачем-то наклоняется, поднимает длинную палку… и вдруг воткнув её в скопление булыжников рядом с собой, заставляет их покатиться вниз! Увлекая в пропасть и его самого!
«Этот сумасшедший решил положить конец и моей жизни заодно?!»
…однако почти тут же безумный старец вонзает конец длинной палки уже рядом с Джитендрой и, съехав ещё немного вниз, останавливается. Точность и уверенность его движений поражают – они совсем не вяжутся с таким дряхлым телом. Но на неожиданно протянутую руку Джитендра смотрит с ещё большим удивлением: он не может понять, чего старик от него хочет. Запястье этой руки кажется очень тонким, натянувшаяся кожа – почти прозрачной, а вот пальцы с потрескавшимися подушечками – странно толстыми и узловатыми.
«Он же не собирается меня выпить?»
Страха нет, но события вчерашнего дня послужили Джитендре хорошим уроком. И пусть горло уже не болит, настороженность по отношению к чужим прикосновениям успела приобрести новую форму.
– Кто вы?
Старик щурится и морщины вокруг его глаз становятся глубже.
– Эй! Ты же Джитендра? Или поганка Индрани сменила тебе имя?
«Мама? А она тут причём?»
Почему этот безумный мандега постоянно сбивает его с мысли?
Джитендра решительно хватается за протянутую руку. Он не чувствует силы в корявых пальцах, но это неважно. Всё вокруг уже исчезает, оставляя лишь кромешную тьму, пронизанную струнами прозрачного льда. А уже через миг, что в сотню раз короче удара сердца, кожи вновь касается солёный ветер, в уши забивается шелест листвы и отдалённый шум волн, грудь заполняется запахом согретой солнцем зелени и немного сладковатой гнили, а под ногами вовсе не грозящая осыпаться груда камней, а твёрдая ровная земля, заросшая короткой мягкой травой.
– Ох!
Старик отдёргивает руку. Оглядывается на обрыв, оставшийся в стороне. Ветер подхватывает его длинные неопрятные волосы и бросает на покрытое морщинами лицо – тот морщится и отворачивается. И вдруг красные глаза становятся больше.
– О, неужто младший Равиндра послал тебя специально, чтобы напомнить своему учителю об обеде?
Что? Значит в замке живёт кто-то ещё? Но Джитендра до сих пор видел только Равиндру!
А тем временем старик шумно вздыхает и кивает сам себе:
– Я уже повторял ему тысячу раз, что не желаю больше продлевать свою жизнь! Ну что за упрямец! Вот проживёт с моё, сам поймёт, как это всё…
– Простите… – перебивает Джитендра. – Меня действительно зовут Джитендра. И я ни в коем случае не хотел бы помешать вашим планам, но… не будете ли вы так любезны согласиться хотя бы на одну трапезу? Возможно, даже ответить на некоторые мои вопросы?