От Ельцина к…? Война компроматов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

П. Бородин в том же интервью «Литературной газете» заявил: «У меня таких счетов не существует и никогда не существовало… Вот можно сейчас завести, скажем, карточку на Скуратова, он и знать об этом не будет. И что, обвинять его потом за существование карточки на его имя?»[21]

Наблюдатели обратили внимание на то, что, согласно публикациям западной прессы, Ф. Туровер обратился к Карле дель Понте летом 1998 года, осенью того же года в Москве пять раз подвергался допросам со стороны российской Генпрокуратуры. По словам следователя Г. Чуглазова, он «дал весьма ценные показания, которые нашли подтверждение в ходе следствия»[22].

А 22 января 1999 года состоялся обыск в «Мабетексе». Эта хронология важна с точки зрения понимания того, почему в октябре 1998 года прекратились встречи Ю. Скуратова с Б. Ельциным и почему именно 1 февраля 1999 года состоялась известная встреча Н. Бордюжи с Генпрокурором, на которой ему продемонстрировали компрометирующую его видеопленку и было предложено «добровольно» подать в отставку.

Действительно, осенью 1999 года мало кто вспомнил, что задолго до появления публикаций в «Коррьере делла сера» главный редактор влиятельной швейцарской газеты «Тан» Э. Хейли сообщил московскому «Деловому вторнику», что обладает конфиденциальным документом, свидетельствующим о том, что известная фирма «Мабетекс» переводила деньги на счета некоторых кремлевских чиновников. И номера этих счетов, судя по всему, генпрокурор Швейцарской конфедерации Карла дель Понте не намерена скрывать от московских коллег.

В интервью Э. Хейли уточнил ряд важных моментов: «Сначала нужно напомнить, что дела возбуждены все же в Москве. Именно дела по коррупции послужили основанием для проведения некоторых следственных действий в Швейцарии. Таким образом, все, что делает наша Генпрокуратура, ответ на просьбу Москвы… Что касается интереса самой Швейцарии, то он неизменен, идет ли речь о России или другом государстве. Международное юридическое сотрудничество — главный элемент в борьбе с такими явлениями, как отмывание денег, коррупция или оргпреступность. Боюсь, для России эти проблемы еще долго не потеряют актуальности. Швейцарские правоохранительные органы часто обращались за содействием Москвы, но далеко не всегда получали его…

Последнее дело, ведущееся в Москве по поводу коррупции среди высокопоставленных госчиновников, очень серьезное. По-моему, в Швейцарии недооценивают его значения, в том числе политического. А может, просто привыкли к вашему особому стилю борьбы с коррупцией: как только шум стихает, на этом все заканчивается. Ведь Берну не впервой вольно или невольно фигурировать в российских скандалах. Вспомните В. Степанкова и поиски «золота партии» или историю с бывшим вице-президентом А. Руцким и его чемоданами. И только потом последовала серия просьб, связанных с делом Михайлова (Михася), состоялся прямой контакт Ю. Скуратова с Карлой дель Понте, началось действительно расследование…

Действительно, наше право не считает активную коррупцию (дачу взятки) уголовно наказуемым деянием. Но дискуссии по этому поводу идут. Например, как передать документы другому государству, если закон требует, чтобы совершенное за рубежом деяние было также наказуемым и в Швейцарии. Но в случае с запросами из России по фирме «Мабетекс» и счетам чиновников речь идет не только о коррупции. Насколько следует из документов, которые мне довелось читать, российская Генпрокуратура не ограничивается обвинениями в коррупции, здесь упоминается «букет» деяний (хищение государственных средств, отмывание денег, злоупотребление служебным положением). Чтобы получить документы из Швейцарии, Москва должна была представить достаточно веские доказательства совершенных правонарушений. И вот в начале мая швейцарская прокуратура объявила, что изъятые в банках документы, свидетельствующие о денежных переводах фирмы «Мабетекс» на счета кремлевских чиновников, могут быть переданы российским правоохранительным органам. Осталось лишь подождать решения суда, если кому-либо взбредет в голову опротестовать передачу материалов…

Карла дель Понте сама не ведет расследований, а лишь отвечает на просьбы Генпрокуратуры РФ. Если российская Генпрокуратура возбуждает дело против действующего высокопоставленного чиновника или важного госдеятеля, или членов их семей, дель Понте не имеет права ответить отказом даже под предлогом каких-то политических соображений.

Но вообще-то такое сотрудничество могло бы быть гораздо эффективнее, если бы… Если бы Россия действительно и всерьез решила искоренить коррупцию и если бы не это полное непонимание в Швейцарии нынешней социальной, экономической и политической ситуации в России. Россию воспринимают здесь как любую другую страну, Англию или Германию, хотя условия совершенно разные. Берн, например, так и не понял, что Генпрокурор в России назначается президентом.

Сейчас, например, многое зависит от того, будут ли власти в России продолжать расследование начатых дел по фактам коррупции среди высокопоставленных госчиновников и руководителей. Заставляет задуматься то обстоятельство, что заместитель Генпрокурора М. Катышев лишен своего поста, дела изымаются у людей, которые их вели. Очевидно, что такие действия не помогают, а вредят следствию. Однако документы существуют и находятся не только в Москве, но и здесь, в Швейцарии. Поиски доказательств коррупции проведены. Зная госпожу дель Понте много лет, смею заявить, что эти поиски велись со всей серьезностью. В ближайшие недели эти документы могут быть переданы в Москву. Думаю, что в Швейцарии хранятся очень важные материалы, весьма серьезные…

С падением правительства Е. Примакова, Ю. Скуратов и М. Катышев — а это ключевые фигуры в расследованиях — окончательно будут отстранены, дело застопорится. Во всяком случае некоторые весьма хотят этого. Не мне судить, конечно, но ключ ко всем этим делам политика»[23].

Напомним, что это писалось в мае 1999 года, и последующие события подтвердили правильность фактов, оценок и прогнозов швейцарского журналиста.

В Швейцарии в течение сентября — октября 1999 года по заявлениям прокурорских работников этой страны проводились активные следственные действия.

«Самым, пожалуй, заметным заявлением на этом фоне, — писала «Независимая газета», — оказалось официальное подтверждение «Банко дель Готтардо» в швейцарском Лугано того, что он выступал гарантом для открытия кредитных карточек на имя президента Бориса Ельцина и его дочерей, Татьяны Дьяченко и Елены Окуловой» [24].

Ю. Скуратов был прав в том, что имевшиеся в правоохранительных органах материалы о фактах коррупции не так-то просто было «положить под сукно». Начальник Главного следственного управления Генпрокуратуры России В. Минаев заявил 21 октября 1999 года, что «в Швейцарию направлен новый запрос о передаче в Москву дополнительных материалов по делу «Мабетекс». Представитель швейцарской прокуратуры Д. Раймон сообщил в этой связи, что существует «сложная процедура передачи подобных документов» и она может занять «несколько недель или несколько месяцев»[25].

Корреспонденты «Сегодня» в Женеве и Москве пришли к выводу, что «до выборов — как парламентских, так и президентских — доводить до конца это политически взрывоопасное расследование, видимо, никто не собирается». Ведь помимо чиновников управления делами в деле «Мабетекса» фигурировали члены семьи президента России. Источники газеты продолжали утверждать, что «в распоряжении следствия имеются документальные подтверждения открытия в Швейцарии кредитных карт на имя Бориса Ельцина и двух его дочерей» [26].

Согласно швейцарскому законодательству, адвокаты «Мабетекса» подали три иска, протестуя против передачи документов Генпрокуратуре РФ. Два из них было отклонено федеральным судом Швейцарии, третий находился в стадии рассмотрения.

Новый глава швейцарской прокуратуры Бернар Бертосса фактически подтвердил слова и Ю. Скуратова и В. Минаева в своем интервью итальянской газете «Репубблика»: «Для нас дело «Мабетекса» превратилось в «дело Бородина». Следствие еще не закончено, и поэтому я не могу назвать других имен. Но когда осуществляются денежные переводы на счета лиц, близких к власти, и когда эти переводы не имеют экономического обоснования, тогда рождается подозрение, что имела место коррупция» [27].

Знаменательно было и другое заявление Б. Бертоссы в том же интервью: «Мы не можем относиться к правоохранительным органам России с полным доверием; Например, из-за того, что знаем: там достаточно только проявить излишнюю активность, чтобы исчезнуть навсегда. Мы прекрасно понимаем, что российская прокуратура не защищена от внутриполитических конфликтов в стране» [28].

13 октября 1999 года указанные доводы Генпрокуратуры, которые были призваны подкрепить третье прошение президента Б. Ельцина об отставке Ю. Скуратова, были сочтены Советом Федерации неубедительными. Он 98 голосами (!) против 52 и на этот раз отклонил обращение президента.

Ю. Скуратов в своем выступлении подчеркнул, что «сейчас уже ясно всем — попытка привлечь меня к уголовной ответственности провалилась». Генпрокурор заявил, что «доказательства его безнравственности получены преступным путем».

Особого внимания заслуживал, как отмечала пресса, призыв Ю. Скуратова к Совету Федерации «думать о другом: как спасать остатки правового порядка, как вести борьбу с коррупцией». Он привел ряд фактов, свидетельствовавших о том, что в последние месяцы «работа правоохранительных органов сознательно парализуется». «Судите сами: в МВД от должности освобожден начальник следственного комитета Кожевников, переведен на другую работу начальник следственной части Титаров. В ФСБ не у дел оказались замначальника управления экономической контрразведки Пушкаренко, еще один начальник управления по контрразведке и обеспечению стратегических объектов Дедюхин, проводится чистка аппарата ФСБ, а именно по материалам этих подразделений мы возбуждали одни из самых громких уголовных дел. В Генеральной прокуратуре замгенерального Катышев сначала был отстранен от руководства следствием и переведен на другой участок, не связанный со следствием. Весь главк был выведен за штаты, началась массированная чистка. В Главной военной прокуратуре, по сути, расправились с генералом Баграевым… Незаконно прекращено дело в отношении банкира Смоленского и прокуратура проглотила это. Вернулся в Россию Собчак… Отстранен от следствия Георгий Чуглазов, главный следователь по делу «Мабетекса», почти полностью изменен состав российско-швейцарской комиссии по сотрудничеству… Все изложенное выше говорит о том, что наряду с взятием под контроль финансовых ресурсов идет целенаправленный процесс превращения Генеральной прокуратуры, следственных и оперативных подразделений МВД и ФСБ в послушное, управляемое не законом, а волей администрации президента учреждение, которое выполнит любой, подчеркиваю, любой политический заказ, если это понадобится».

Если мнение на этот счет Ю. Скуратова с учетом неоднозначного отношения к его личности может показаться предвзятым, то высказывания в этом же духе авторитетного среди сотрудников спецслужб бывшего директора ФСБ Н. Ковалева, отставленного в июле 1998 года не без нажима «семьи» и Б. Березовского, заслуживают того, чтобы к ним внимательно прислушаться. В интервью «Московскому комсомольцу» он обстоятельно рассказал о политической возне вокруг ФСБ, бесчисленных реорганизациях, каждая из которых оборачивалась потерей 30 процентов высококвалифицированных сотрудников и 50 процентов оперативных возможностей, резюмируя кратко: «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о реформах в комитете»[29].

Н. Ковалев заявил также, что сейчас российским государством управляют крупные финансовые группировки, которые принимают решения исключительно в своих целях, и что в свое время он предлагал провести мощную операцию по борьбе с коррупцией, но не получил на нее санкцию высшего руководства страны[30].

Наибольший общественный резонанс вызвало следующее заявление Ю. Скуратова в Совете Федерации: «Сейчас, когда информация о возможной причастности президента и его семьи к коррупции, когда информация о наличии зарубежных счетов, об использовании в личных целях средств сомнительных коммерсантов, получающих подряды на реконструкцию Кремля, и многое-многое другое стало достоянием не только российской, но и мировой общественности, вам ясно, что в вопросе о моей отставке основным является личный интерес президента и его семьи. Иначе говоря, маски сброшены».

15 октября Мосгорсуд утвердил решение Хамовнического райсуда от 23 августа 1999 года, признавшего незаконным дальнейшее продление следствия по уголовному делу в отношении Ю. Скуратова. Судебная коллегия решила, что если следственная группа из четырех человек за четыре месяца не сумела найти доказательств для предъявления обвинения Ю. Скуратову, то дальнейшее затягивание расследования «ущемляет его права как гражданина РФ». Однако суд дела не прекратил — это было в компетенции Генпрокуратуры, а она при и. о. Генпрокурора В. Устинове этого делать не собиралась. В свою очередь администрация президента пообещала, что указ Б. Ельцина об отстранении Ю. Скуратова ни при каких условиях отменен не будет.

Уместно в этой связи напомнить, что летом 1999 года, как явствовало из приведенной «Московским комсомольцем» записи разговора Б. Березовского с В. Юмашевым, бывшего и. о. Генпрокурора Ю. Чайку поменяли на В. Устинова потому, что первый осмелился продлить следствие по делу зарегистрированной в Швейцарии компании «Андава». «Ю. Их собрали два часа назад. И Чайка подписал продление… Б. Полный финиш, Валя! Ну как так можно!.. Я думаю, что единственный способ — это чтобы ты связался с Сашей (А. Волошиным). Он должен сказать, что будет подписан указ сегодня (скорее всего, указ о назначении Устинова и. о. Генпрокурора. — Ред.), и тогда все. Это единственный вариант»[31].

Действительно, уже 28 октября 1999 года Ю. Скуратов был вызван в Генпрокуратуру для дачи объяснений в обвинениях, которые он выдвинул против президента и членов его семьи на заседании Совета Федерации 13 октября. Как сообщил сам Ю. Скуратов, это было обусловлено поступлением в Генпрокуратуру обращения из администрации президента. Как сообщило РИА «Новости», Ю. Скуратов подтвердил, что у него есть «достаточная информация», которая дает основания утверждать, что «окружение президента было заинтересовано в его отставке», и не видит «никаких оснований» для возбуждения против него нового уголовного дела.

А есть ли вообще в России коррупция? Если есть, то что это такое?

В отечественном «Большом юридическом словаре» приводится такая формулировка: «Коррупция (от лат. soggurtio — подкуп) — преступная деятельность в сфере политики или государственного управления, заключающаяся в использовании должностными лицами доверенных им прав и властных возможностей для личного обогащения. К. является не самостоятельным составом преступления в уголовном законодательстве РФ, а собирательным понятием, охватывающим ряд должностных преступлений (таких, как взяточничество, злоупотребление служебным положением»[32].

[21] Там же.

[22] Сегодня. — 1999. — 31 авг.

[23] Деловой вторник. — 1999. — 18 мая.

[24] Независимая газета. — 1999. — 21 окт.

[25] Сегодня. — 1999. — 22 окт.

[26] Там же.

[27] Коммерсант. — 1999. — 27 окт.

[28] Там же.

[29] Московский комсомолец. — 1999. — 2 окт.

[30] Независимая газета. — 1999. — 15 окт.

[31] Московский комсомолец. — 1999. — 28 июля.

[32] Большой юридический словарь. — М.: Инфра-М. — 1999.