Она посмотрела на меня и вздохнула.
— Мне все время казалось, что ты должен идти по жизни своим путем, Джонни.
Я почувствовал, что ее глаза следили за мной, пока я выходил сквозь застекленную дверь на холодный вечерний воздух. Над заливом клубился тяжелый туман, сквозь который большие ртутные лампы внизу освещали пирс, как мост в никуда. На конце его в тумане плавала моя лодка. Легкоуправляемая, сорокафутовая, она была почти выкуплена. Суденышко низко сидело в воде при полной загрузке своих четырехсотгаллонных баков. Пара 480-Супермарин-Крайслеров под ее транцем была старой, но в наилучшем состоянии — я собственноручно перебрал их. Они всегда привозили меня туда, куда бы я ни направлялся, и обратно.
Я прошел мимо моторного сарая, когда двое мужчин выделились из тени и вышли, преграждая мне дорогу. Одного из них, крупного экс-боксера, звали Джекези, другой был мелкой пташкой с лисьим лицом в костюме автогонщика. Он щелчком отбросил сигарету, пригвоздил ее носком ботинка и поддернул рукава жестом карточного шулера, готовящегося к быстрой сдаче.
— Это мистер Рината, Кэрлон, — сказал Джекези. Кто-то когда-то попал ему в глотку, и с тех пор его голосом был хриплый шепот. — Он приехал из Палм-Бич специально, поговорить с тобой.
— Приятно видеть вас, мистер Кэрлон, — человек с лисьим лицом вынул длинную узкую руку, похожую на обезьянью.
— Я говорил вам, чтобы вы не толклись вокруг моей лодки?
— Не упрямься, Кэрлон, — сказал Джекези. — Господин Рината большой человек и проделал долгий путь…
— Организация Защиты Рыбаков — важная организация, приятель, — заговорил Рината. — Человек может избавить себя от кучи неприятностей, замолчав.
— А какие неприятности могут меня ожидать?
Он кивнул, как будто я сказал что-то разумное.
— Скажу вам вот что, Кэрлон, — заявил он. — Чтобы доказать нашу добрую волю, мы отменим три сотни вступительного взноса.
— Просто убирайтесь с моей дороги, — сказал я и попытался пройти мимо них.
— Подожди минутку, старик, — прорычал Джекези. — Морды вроде твоей с мистером Рината так не разговаривают.
— Легче, Джекези, — мягко сказал Рината. — Мистер Кэрлон слишком разумен, чтобы лезть на рожон.
Я уловил направление, в котором он мельком бросил взгляд, и увидел машину, разгружавшуюся посреди улицы. Два человека склонились у переднего крыла, согнув руки.
— Со временем вы двинетесь с места, Кэрлон, — сказал Рината, показывая мне несколько зубов, которые нуждались в обработке. — Парни, что ходят сами по себе, не имеют шансов в наши дни. Слишком острая конкуренция. — Он взял несколько бумаг из внутреннего кармана и вручил мне. — Подпиши их, дружище. Это самое умное, что ты сможешь сделать.
Я взял бумаги, порвал пополам и выбросил.
— Еще что-нибудь, или вы, наконец, смотаетесь? — спросил я.
Его лицо стало отвратительным, но он вытянул руку, чтобы удержать Джекези сзади.
— Это очень плохо, Кэрлон. Слишком плохо.
Рината вынул свой платочек из наружного кармана, взмахнул им. Я быстро отступил мимо него и левым боковым достал Джекези прежде, чем его рука получила время окончить свой разворот от бедра. Дубинка вылетела, Джекези сделал пару шагов назад, сохраняя равновесие, и шумно перевалился через боковой парапет.
Я сгреб Ринату, и выдавил из его одежды маленький автомат. Он нагнулся за оружием и вошел в соприкосновение с носком моего ботинка.
Он шлепнулся на спину, выплевывая кровь и мяукая, как мокрый котенок. Двое из группы поддержки, сзади, перешли на бег. Я схватил оружие и попросил Ринату дать им отбой, но сверкнул выстрел, кашлянул глушитель, и пуля прорезала воздух у моего правого уха. Я дважды выстрелил с бедра. Человек затормозил и упал: другой шлепнулся с доски. Я схватил Ринату за воротник и потащил его, поднимая на ноги.
— Чуть ближе — и ты мертв, — заявил я.
Он пнул меня и попытался укусить мою руку, но тут же проорал приказ.
— Вшивый фраер уделал Джимми, — вернулось эхо.
Рината заорал снова, и один из охранников медленно поднимаясь на ноги.
— Джимми тоже, — сказал я.
Рината произнес слово. Человек, стоявший на ногах, попытался поднять партнера, не смог этого сделать, приладился и, ухватив пару пригоршней пиджака, потащил его. Через минуту-другую я услышал, как завелась машина и стремительно исчезла в тумане.