Он шагнул к Горбину и совсем скрылся за шкафом. Гарри, Рон и Гермиона переступили вбок, чтобы не терять его из виду но смогли разглядеть только Горбина. Вид у него был насмерть перепуганный.
— Скажешь хоть кому-нибудь, — произнес Малфой, — будешь жестоко наказан. Знаешь Фенрира Сивого? Он старый друг нашей семьи, будет заходить к тебе время от времени, проверять, занимаешься ли ты этой проблемой.
— Нет никакой необходимости…
— Это мне решать! — отрезал Малфой. — Ну, я пошел. И не забудь, береги вот это, мне потом понадобится.
— Может быть, вы хотели бы забрать прямо сейчас?
— Нет, конечно, дурак, как я эту штуку потащу? Держи у себя, только не продавай никому.
— Ни в коем случае… сэр.
Горбин поклонился так же низко, как когда-то на глазах Гарри кланялся Люциусу Малфою.
— Никому ни слова, Горбин, в том числе и моей матери, ясно?
— Разумеется, разумеется, — забормотал Горбин, снова кланяясь.
Громко звякнул дверной колокольчик, и Малфой вышел из лавки, очень довольный собой. Он прошел так близко от Гарри, Рона и Гермионы, что мантия затрепетала, хлопая их по коленям. В магазинчике Горбин словно застыл на месте, его льстивая улыбка испарилась, вид у него был встревоженный.
— И что все это значило? — шепотом спросил Рон, сматывая Удлинители ушей.
— Не знаю, — ответил Гарри, напряженно размышляя. — Он хочет что-то починить… И что-то еще просил для него придержать… Вы не видели, на что он показывал, когда сказал «вот это»?
— Нет, он был за шкафом…
— Стойте здесь, мальчики, — прошептала Гермиона.
— А ты куда?
Но Гермиона уже выскользнула из-под мантии. Она погляделась в стеклянную витрину, поправила волосы и вошла в лавку. Снова звякнул колокольчик. Рон торопливо подсунул под дверь Удлинители ушей, один шнур протянул Гарри.
— Здравствуйте, ужасная погода сегодня, правда? — весело сказала Гермиона хозяину.
Горбин не ответил, только подозрительно покосился на нее. Жизнерадостно напевая, Гермиона прошлась перед выставленными в витринах предметами.
— Это ожерелье продается? — спросила она, остановившись у застекленного прилавка.
— Если у вас найдется полторы тысячи галеонов, — холодно ответил Горбин.
— Ой, нет… Это для меня дороговато. — Гермиона пошла дальше. — А этот… м-м… очаровательный череп?
— Шестнадцать галеонов.
— Значит, он продается? Вы его не… держите для кого-нибудь?
Горбин прищурился, внимательно глядя на нее. У Гарри появилось крайне неприятное ощущение, что владелец лавки отлично понимает, чего добивается Гермиона. По-видимому, Гермиона тоже поняла, что прокололась. Она вдруг решила пойти напролом.
— Видите ли, м-м… тот мальчик, который только что здесь был, Драко Малфой, он мой друг, я хотела купить ему подарок ко дню рождения, но если он уже что-то здесь заказал, я, конечно, не хочу подарить ему такую же вещь… ну, и вот…
По мнению Гарри, история была не ахти, и Горбин, видимо, думал так же.
— Прочь! — свирепо произнес он. — Вон отсюда!
Гермиона не стала дожидаться повторного приглашения и поспешила к двери. Горбин шел за ней по пятам. Когда колокольчик прозвенел в очередной раз, Горбин захлопнул за Гермионой дверь и повесил на нее табличку «Закрыто».