Волан-де-Морт растаял в воздухе; змея же поднялась с пола, готовая к броску…
Посреди зала блеснула вспышка, и в ту же секунду Волан-де-Морт появился снова — прямо над фонтаном, на постаменте, где совсем недавно возвышались пять статуй.
— Осторожно! — воскликнул Гарри.
В этот момент змея бросилась на Дамблдора, и одновременно в него полетел новый зеленый луч из палочки Волан-де-Морта…
Перед Дамблдором порхнул Фоукс, открыв клюв, он проглотил зеленый луч целиком, вспыхнул и упал на пол, маленький, сморщенный и бездвижный. В тот же миг Дамблдор сделал палочкой длинный, плавный жест, и змея, чуть было не вонзившая в него клыки, взлетела в воздух и растаяла струйкой черного дыма, а вода в фонтане поднялась и объяла Волан-де-Морта, словно заключив его в кокон из расплавленного стекла.
В течение нескольких секунд Волан-де-Морт — темная, неясная фигура с дрожащими расплывчатыми очертаниями — силился сбросить с себя эту удушающую массу…
Потом он исчез, и вода с шумом обрушилась обратно в бассейн, часть ее выплеснулась наружу, залив начищенный паркет.
— ХОЗЯИН! — вскрикнула Беллатриса.
Уверенный, что все кончилось, что Волан-де-Морт наконец бежал, Гарри хотел было выскочить из-за спины своего золотого стража, но Дамблдор осадил его громовым возгласом:
— Не двигайся, Гарри!
Впервые в голосе Дамблдора прозвучал страх. Гарри не понимал, что его напугало. В зале не осталось никого, кроме них двоих, рыдающей Беллатрисы, пригвожденной к полу статуей волшебницы, да птенца феникса, тихо трепыхающегося у фонтана…
И тут шрам Гарри взорвался дикой болью, и он понял, что погиб: это была невообразимая, нестерпимая мука…
Он больше не стоял в зале отдельно от всех, он был обвит кольцами существа с красными глазами, так крепко скован по рукам и ногам, что не знал, где кончается его тело и начинается тело этого существа. Они слились воедино, связанные болью, и пути к избавлению не было…
А потом существо заговорило устами Гарри, который раздираемый мукой, чувствовал, как открывается и закрывается его рот…
— Убей меня, Дамблдор…
Ослепленный и умирающий — каждая клеточка его тела взывала об освобождении, — Гарри вновь сделался орудием в чужих руках…
— Если смерть — ничто, убей мальчика, Дамблдор!
"Только бы прекратилась эта боль, — думал Гарри. — Пусть он убьет нас… Решайся же, Дамблдор… Смерть — ничто по сравнению с этим… А еще — я снова увижу Сириуса…"
Сердце Гарри переполнилось теплым чувством, и тут же кольца существа распустились и боль ушла. Гарри лежал на полу, без очков, дрожа так, словно под ним был лед, а не дерево…
А в зале перекатывалось эхо голосов, которых было гораздо больше, чем следовало… Гарри открыл глаза и увидел свои очки у ног безголовой статуи, которая еще недавно охраняла его, а теперь лежала навзничь, растрескавшаяся и неподвижная. Надев очки, он приподнял голову и обнаружил длинный искривленный нос Дамблдора в нескольких сантиметрах от своего собственного.
— Как ты себя чувствуешь, Гарри?
— Н-нормально, — сказал Гарри; его так колотило, что он не в силах был держать голову прямо. — Да, а… где Волан-де-Морт, где… кто это здесь… что они…
В атриуме было полно народу; на полу отражались изумрудно-зеленые языки пламени, вспыхнувшего в каминах вдоль стены, и из них бесконечным потоком шли маги и волшебницы. Поднимаясь на ноги с помощью Дамблдора, Гарри увидел крохотные золотые фигурки эльфа-домовика и гоблина, ведущих под руки Корнелиуса Фаджа. Министр магии выглядел совершенно ошеломленным.
— Он был здесь! — воскликнул человек в алой мантии, с волосами, собранными в хвост. Он указывал на кучу золотых обломков по другую сторону зала, где каких-нибудь пять минут назад лежала плененная Беллатриса. — Я видел его, мистер Фадж! Клянусь, это был Вы-Знаете-Кто, он схватил женщину и трансгрессировал!
— Знаю, Уильямсон, знаю, я сам его видел… — промямлил Фадж. Под его мантией в полоску виднелась пижама, а задыхался он так, словно только что пробежал несколько километров. — Клянусь бородой Мерлина… здесь… здесь! В Министерстве магии!.. Да как же так… в это невозможно поверить… честное слово… да как это может быть!..
Тем временем Дамблдор закончил осматривать Гарри, видимо, сочтя его состояние удовлетворительным.
— Если вы соблаговолите спуститься в Комнату смерти, Корнелиус, — сказал он, делая шаг вперед, так что новоприбывшие впервые обратили на него внимание (некоторые из них подняли палочки, другие просто воззрились на него с удивлением, статуи эльфа и гоблина зааплодировали, а Фадж так подскочил от неожиданности, что едва не потерял шлепанцы), — вы найдете там несколько пленных Пожирателей смерти, связанных Антитрансгрессионным заклятием и ожидающих вашего решения относительно своей дальнейшей судьбы.
— Дамблдор! — воскликнул Фадж, оторопев от изумления. — Вы… здесь… Я… я…
Он обвел диким взглядом приведенных с собой мракоборцев, и стало яснее ясного, что с его губ вот-вот сорвется возглас: "Хватайте его!"