На Сириусе опять была прежняя поношенная серая мантия. Со времени разговора с Гарри через камин волосы у него отросли еще больше, но только теперь они были вновь немыты и спутаны. Он здорово исхудал.
— Курица! — воскликнул он хриплым голосом, вынув изо рта старый номер "Пророка" и бросив его на землю.
Гарри снял с плеч рюкзак, достал завернутые в бумагу куриные ножки, хлеб и сок и подал Сириусу.
— Вот спасибо! — сказал Сириус, развернул еду, схватил ножку, сел прямо на пол и запустил в курицу зубы. — А то все крысы да крысы. Из Хогсмида много не утащишь, чего доброго, заподозрят неладное.
Он улыбнулся, и Гарри, опешивший от услышанного, заставил себя улыбнуться в ответ.
— Что ты здесь делаешь, Сириус?
— Исполняю обязанности крестного, — ответил тот, по-собачьи обгрызая куриную ножку. — Да ты не беспокойся, я очень даже дружелюбный бродячий пес.
Он снова улыбнулся, но заметил беспокойство во взгляде Гарри и серьезно прибавил:
— Хочу быть поближе. Ты в последнем письме… ну, в общем, тучи сгущаются. Я краду старые газеты, и, судя по тому, что пишут, не я один это чую.
Он кивнул на пожелтевшие номера "Пророка" на полу грота, Рон подобрал их и стал листать. Но Гарри на этом не успокоился.
— А вдруг тебя поймают? Вдруг узнают?
— Кроме вас троих да Дамблдора, никто в этом месте и не знает, что я анимаг, — пожал плечами Сириус и продолжил обсасывать куриную косточку.
Рон толкнул Гарри локтем в бок и передал ему номера "Пророка", указав на две статьи. Одна шла под заголовком "Таинственная болезнь Бартемия Крауча", вторая — "Поиски работницы Министерства. Министр магии берет расследование под свой личный контроль".
Гарри пробежал глазами статью о Крауче. Каждая фраза так и кричала: "…никто не видел с самого ноября… дом, кажется, пуст… в Больнице св. Мунго нам отказались разъяснить… Министерство не подтверждает слухи об опасной болезни…"
— Почитать, так он умирает, — сказал Гарри. — А сумел же добраться сюда… Значит, не так уж он и болен…
— Мой брат — личный помощник Крауча, — заметил Сириусу Рон. — Он говорит, Крауч переутомился на работе.
— Хотя, он, и вправду, плохо выглядел, когда я его видел в последний раз, — продолжал Гарри, читая статью. — А было это в тот вечер, когда мое имя появилось из Кубка…
— И ничего удивительного, — раздался голос Гермионы, гладившей Клювокрыла. Гиппогриф доклевывал за Сириусом куриные кости. — Выгнал Винки, вот теперь и мучается; жалеет небось, за домом-то некому приглядеть.
— Наша Гермиона просто помешалась на эльфах-домовиках, — заметил Рон Сириусу и мрачно поглядел на подругу.
Сириус, однако, не спешил с выводами и переспросил:
— Говоришь, Крауч выгнал своего эльфа?
— Да, во время Чемпионата мира по квиддичу, — ответил Гарри и рассказал о том, как появилась Черная Метка, и как Винки поймали на месте преступления с волшебной палочкой Гарри в руках, и как мистер Крауч при этом рассердился.
К концу рассказа Сириус встал и принялся мерить грот шагами.
— Стало быть, дело было так, — спустя минуту сказал он, размахивая очередной куриной ножкой, — сперва вы увидели эту эльфиху на трибуне для особо важных гостей. Она заняла Краучу место. Так?
— Так, — дружно подтвердили Гарри, Рон и Гермиона.
— Но Крауч на матч не пришел. Так?
— Да, — ответил Гарри, — кажется, он сказал, что был слишком занят.
Несколько минут Сириус молча кружил по гроту.
— Гарри, а ты проверял свои карманы после того, как вышел со стадиона? Волшебная палочка была при тебе?
— М-м, — задумался Гарри. — Нет, не проверял. Да она мне и не нужна была до того, как мы пошли в лес. А в лесу я сунул руку в карман, а там только омнинокль, — Гарри широко раскрыл глаза и поглядел на Сириуса. — Ты думаешь, тот, кто послал Черную Метку, украл мою волшебную палочку еще там, на трибуне для особо важных гостей?