Он первым поднялся по ступенькам, кивнув сперва одному волшебнику, потом другому. Те стали водить датчиками по его телу.
Гарри знал, что Детекторы распознают любые маскирующие заклинания и скрытые магические предметы. У него оставались считанные секунды. Гарри нацелил волшебную палочку Драко Малфоя на каждого из охранников по очереди и два раза прошептал: "Конфундо!"
Трэверс вглядывался во внутренний зал и не заметил, как охранники чуть-чуть вздрогнули, настигнутые заклинанием.
Гермиона поднялась по ступеням, взметнув длинные черные волосы.
— Одну минутку, сударыня, — сказал охранник, поднимая Детектор.
— Вы же только что меня проверили! — произнесла Гермиона властным, высокомерным голосом Беллатрисы.
Трэверс оглянулся, вопросительно подняв брови. Охранник был совсем сбит с толку. Он уставился на тонкий золотой Детектор, потом на своего напарника. Тот сказал немного невнятно:
— Да, Мариус, ты только что их всех проверил.
Гермиона проплыла в двери, Рон не отставал от нее, Гарри с Крюкохватом, невидимые, пробрались следом. На пороге Гарри оглянулся — волшебники дружно чесали в затылках.
Перед внутренней серебряной дверью стояли два гоблина, а наверху были начертаны стихи — предостережение для возможных воров. Гарри вдруг пронзило воспоминание: он стоит на этом самом месте в день, когда ему исполнилось одиннадцать, свой самый чудесный день рождения, и Хагрид произносит: "Я ж тебе говорил, надо быть сумасшедшим, чтобы попытаться ограбить этот банк". Тогда "Гринготтс" казался ему какой-то пещерой чудес, зачарованным хранилищем золотого клада, хозяином которого Гарри неожиданно оказался. Ему и в голову не могло прийти, что когда-нибудь он вернется сюда грабителем… Но они уже вошли в просторный мраморный зал.
За длинным прилавком сидели на высоких табуретках гоблины, обслуживая ранних посетителей. Гермиона, Рон и Трэверс направились к старому гоблину, который был занят тем, что рассматривал толстую золотую монету, вставив в глаз увеличительное стекло. Гермиона притворилась, что объясняет Рону различные детали, и пропустила Трэверса вперед.
Гоблин отбросил монету и сказал в пространство: "Лепрекон!" — после чего поздоровался с Трэверсом. Тот вручил ему крошечный золотой ключик. Гоблин осмотрел ключик и вернул его владельцу.
Гермиона шагнула к прилавку.
— Мадам Лестрейндж! — изумился гоблин. — Надо же! Чем могу служить?
— Я хочу посетить свой сейф, — сказала Гермиона.
Старый гоблин отшатнулся. Гарри огляделся по сторонам. Мало того что Трэверс задержался у прилавка, прислушиваясь к их разговору, еще и другие гоблины отвлеклись от работы и таращились на Гермиону.
— Чем можете подтвердить свою личность? — спросил гоблин.
— Подтвердить? У меня никогда раньше не требовали подтвердить свою личность! — возмутилась Гермиона.
— Они знают! — зашептал Крюкохват на ухо Гарри. — Должно быть, их предупредили, что возможен обман!
— Достаточно будет предъявить волшебную палочку, сударыня, — сказал гоблин и протянул чуть дрожащую руку.
Гарри озарило: гоблины в "Гринготтсе" знают, что палочка Беллатрисы украдена!
— Скорее, скорее! — шипел ему в ухо Крюкохват. — Заклятие подвластия!
Гарри взмахнул под мантией палочкой из боярышника, нацелил ее на старого гоблина и впервые в жизни прошептал:
— Империо!
Словно горячая волна, зародившись в мозгу, прошла по его руке, по сухожилиям и кровеносным сосудам прямо в волшебную палочку.
Гоблин взял палочку Беллатрисы, внимательно осмотрел и произнес:
— Ага, у вас новая волшебная палочка, мадам Лестрейндж!
— Что? — удивилась Гермиона. — Нет-нет, это моя…
— Новая палочка? — Трэверс подошел ближе. Другие гоблины продолжали наблюдать. — Как же это? У какого мастера вы ее заказывали?