— Вы показали мне двух мужчин, — произнес он. — И даже назвали одно имя. Золтер.
По спине потянуло холодом. Я оглянулась, чтобы убедиться, что иньфаец плотно прикрыл дверь, но никакого сквозняка не было. Шторы застыли неподвижно, из чего я сделала вывод, что окно плотно прикрыто, а холод — исключительно внутренний.
— Что-то почувствовали? — спросил Эльгер.
— Ничего, — отмахнулась я. — Продолжайте.
— Продолжать имеет смысл исключительно во сне. Если на вас чары элленари, вы ничего не вспомните, даже если я нарисую вам два портрета.
— Во… сне?
— Во сне, — подтвердил Эльгер и откинулся на спинку кресла.
В ту же минуту открылась дверь и вошел иньфаец с подносом. Неслышно ступая, приблизился к столу. Два дымящихся чайника и две чашки перекочевали на необычные древесные подстилки, после чего мужчина так же бесшумно удалился.
— То есть вы предлагаете мне сегодня ночью заснуть, и…
— Нет, я предлагаю вам заснуть сейчас. Один из этих настоев в сочетании с зельем, — Эльгер открыл верхний ящик стола и достал склянку, в которой переливалась прозрачная жидкость с изумрудными искрами, — мягко погрузит вас в сон, после чего мы с вами продолжим. Во сне ваше сознание освободится, и я постараюсь вскрыть чары, чтобы вытянуть ваши воспоминания на поверхность. Утверждать, что у меня получится, я не могу, но попробовать все-таки стоит.
— Вы предлагаете мне спать в вашем кабинете?!
— Это не самое страшное место, где можно спать.
— Я леди!
— А я женат. И мне нет совершенно никакого дела до того, что вы леди. Хотите вы, чтобы я вам помог, или нет?
Эльгер поставил склянку с зельем на стол и снова откинулся на спинку кресла, предоставив мне выбирать. Разумная часть меня подсказывала, что надо просто подняться, выйти и оставить этого безумца с его идеями в прошлом, но… но я знала Шарлотту, я познакомилась с ней незадолго до того, как случился весь этот кошмар с Аддингтоном, и она показалась мне чудесной девушкой. Не просто показалась, судя по облику этого дома, она одна из самых светлых людей, которых мне довелось знать. Не может она быть супругой того, кто… кто — что? К своему стыду я испытывала по поводу Эльгера не меньше предрассудков, чем мой брат. Если не сказать больше. Я даже отказалась от сопровождения Терезы, чтобы с ними справиться, но и сама Тереза сказала, что ему доверяет.
Больше того, даже если бы она такого не сказала, ее поступок — когда она отпустила меня одну — сказал об этом за нее.
— Хорошо, — ответила я и взяла склянку. — Мне просто добавить зелье в чай?
— Сначала пьете зелье, — Эльгер подался вперед и налил мне в чашку, как выяснилось, не чай, а густой травяной настой, от которого тут же повалил пар. — А после — настой. Только потихоньку. Не обожгитесь.
Я все еще до конца не верила в то, что из этой затеи что-то получится, но отступать не хотелось. Во-первых, я шла сюда, чтобы раз и навсегда оставить прошлое в прошлом, а во-вторых, ничего не делать можно было бы и в Мортенхэйме под присмотром Винсента.
Вытащив пробочку, я подавила желание зажмуриться и поднесла склянку к губам.
По вкусу зелье оказалось похожим на сладкий сливочный соус, а вот настой был горьким и настолько травяным, что у меня на глаза навернулись слезы. Не от того, что я обожглась, нет, от ароматов, которые ударили в сознание.
— Это надо выпить до дна? — хотела спросить я, но поняла, что Эльгера уже передо мной нет.
Кабинет исчез, чашки в моей руке тоже не было.
Каким-то образом я… очутилась в лесу.
Первое, что бросилось в глаза — увитая цветами арка, сияние солнца делало вплетенные в корни деревьев одевающие ее вьюны еще более изумрудными. Странное чувство: мне казалось, что я уже здесь была, но когда?
Нахмурившись, подошла ближе.
Нет, это место определенно знакомое, вот только я не могла припомнить, разве в лесах при Мортенхэйме есть такое удивительное создание природы? Могучие корни взметнулись ввысь и сплелись вместе, по ним взобралась виноградная лоза и вьюнки. Цветы росли сами по себе, самые разные, всех цветов и размеров. Такого не бывает ни в горах, ни даже в лесах — есть определенные места, которые цветы выбирают, но чтобы вот так, все вместе… здесь определенно не обошлось без магии!
Вот только какой? Несмотря на яркий солнечный свет, я почему-то мерзла.
Окружающая меня зелень была по-летнему яркой и сочной, но источала ледяной холод. Понять, с чем это связано, я не могла, поэтому приблизилась и коснулась корня. И тут же отпрянула, словно обожглась: в ладонь ударило стылым безжизненным мраком.
— Помоги, — в ту же минуту раздался едва различимый голос.