Заклятая невеста (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я пожала плечами.

— Ничего.

Я действительно ничего не чувствовала — сказка и сказка. Легенда. Мир созданий, наделенных бессмертием и могущественной магией, изредка похищающих смертных. Зачем — в легендах ходили сотни версий, но легенды на то и легенды, верно? Чтобы их подтвердить или опровергнуть, никто не вернулся. Тем более странным казалось то, что я побывала в Аурихэйме, чтобы потом снова оказаться в нашем мире. Зачем кому-то меня похищать, чтобы потом вернуть обратно?

— Элленари? Кто-то особенный? — продолжала допытываться сестра.

Я прислушалась к себе: пусто. Нет, в памяти не было ничего про элленари или кого-то особенного.

— Сдаюсь, — сказала Тереза, когда я покачала головой. — По-хорошему, тебе сейчас лучше просто отдыхать и ни о чем не думать. Возможно, когда придет время, все решится само собой, а пока мы с Винсентом будем рядом с тобой. Или, может быть, ты хочешь поехать в Вэлею?

— В Вэлею? — удивилась я.

— А почему бы и нет. Погостишь у нас, — сестра приобняла меня за плечи, — пока Винсент немного придет в себя и перестанет воспринимать это… так остро.

Да, у Винсента все, что касается семьи, воспринималось чересчур остро. Я прекрасно понимала, что случившееся не шутки, но в глазах брата уже читала свой приговор: сидеть мне под семью замками в Мортенхэйме, обвешанной сигнальными артефактами, запечатанной охранными заклинаниями, и, скорее всего, при всем при этом еще и неотлучно находиться рядом с ним.

Вспомнила слова Эльгера, и мне вдруг стало смешно.

Я представила, как сопровождаю Винсента в Парламент, и какие лица становятся у наших энгерийских джентльменов, когда брат входит в здание с женщиной.

— Улыбаешься? Согласна? — Тереза тоже улыбнулась мне.

Черты лица ее в такие моменты смягчались, становясь удивительно женственными.

— Согласна, — сказала я. — Не хочу ходить с Винсентом в уборную.

Тереза прыснула.

— Да, с него станется. Хотя скорее всего, он прицепит к тебе с десяток подручных Фрая, и не скажу, что это будет лучше.

— Точно не лучше, — призналась я, вспомнив похожих на вытащенных из воды рыбин агентов Королевской службы безопасности — безликих, как тени, и вздохнула. — Осталось только уговорить Винсента…

— Это я беру на себя, — отмахнулась Тереза. — А тебе сейчас и правда лучше отдыхать. Ты отлично держишься, Лави, но иногда стоит позволить себе расслабиться. Поверь мне.

И я поверила.

Рядом с сестрой было так спокойно и легко, совсем как в детстве. Если забыть о том, сколько нам лет, и через сколько всего мы прошли, можно представить, что я просто поеду в гости к старшей сестренке.

В Вэлее весна уже наверняка в самом разгаре, буду много гулять и отдыхать. Повидаюсь с племянниками, постараюсь отрешиться от развода с Майклом, от случившегося с Аддингтоном, от всего, что осталось в прошлом. Возможно, что-то и вспомню.

А нет — значит, так тому и быть.

13

— Нет! Поверить не могу! — Софи залилась смехом.

— А ты поверь, — Кристоф приподнял брови. — И тогда наш директор говорит: «Кто взял зелье из лаборатории месье Радо?» Этим своим тоненьким голосом, который он все время пытается сделать грозным. Кристиан ему сурово так отвечает: «Кто взял, того уже с нами нет», и директор становится еще зеленее…

— Кристоф, — Тереза не повысила голос, но ее сын замолчал.

Правда, с таким видом посмотрел на близнеца и на старшую сестру, что становилось понятно: история с директором на этом не закончилась.

В семье Терезы я чувствовала себя хорошо… и на этом все. Наверное, «хорошо» — идеальная характеристика, ничего другого я сейчас о себе сказать не могла. Винсент отпустил меня в Вэлею со скрипом, но все-таки отпустил. Не знаю, как Тереза его убедила, но через неделю неусыпных дежурств рядом со мной, постоянных магических проверок и прочих мер безопасности, которые брат счел необходимыми, Амалия отправилась к родным на север, а мы с сестрой все-таки отбыли в Ольвиж на дирижабле.

Эта столица отличалась яркими красками и сотнями голосов, далекая от консервативного и строгого Лигенбурга. Здесь женщины чувствовали себя свободнее, а наряды, которые они носили, не имели ничего общего с энгерийской модой, которая должна была блюсти нравственность.

Правда, непонятно чью.