— Я должна вернуться! — выдохнула я.
Должна, но как мне создать портал?! Как найти путь в Аурихэйм?
— Сядьте, — жестко произнес Эльгер. — Вернись в кресло, Лавиния.
Он не повысил голос, но нотки приказа и фривольное обращение заставили меня подчиниться. Они, и еще, возможно, осознание прозвучавшей в ней силы… и знания. Эльгер и впрямь выглядел задумчивым, словно случившееся навело его на какие-то определенные мысли, и он решал, стоит ли ими со мной делиться.
— Из того, что я успел увидеть, — произнес он. — Вы — сильная элленари жизни, и вы нужны Золтеру, чтобы окончательно размазать всех по ладони и стать единоличной властью всех миров. Возвращаться — не самое лучшее решение…
— Я все равно вернусь! — я снова взвилась из кресла. — Я не оставлю Льера…
— Женщины, — процедил Эльгер. — Позволите вы мне договорить, или нет? Возвращаться — не самое лучшее решение, пока вы не знаете, как вытравить этого Золтера окончательно.
— Я не могу просто сидеть сложа руки!
— Не сидите, — сказал Эльгер. — Всевидящий, Лавиния, я вам помогу, подниму все знания, которые в моем распоряжении…
— Помогите мне вернуться в Аурихэйм, — прошептала я.
— Что?
— Помогите вернуться в Аурихэйм. Помогите построить портал… я не знаю, как это делается. В нашем мире сила элленари слабеет, я слабею с каждым днем. Помните, когда я вернулась — я сразу же создала портал? В Аурихэйме такое происходило постоянно, здесь больше ни разу не повторялось! Мне нельзя оставаться здесь надолго, если я хочу помочь Льеру и другим элленари…
— А себе вы помочь не хотите?! — резко спросил он. — Вы хотите идти против практически всесильного элленари, даже не представляя, как с ним можно справиться.
— Он все равно придет за мной. Так или иначе, — я прижала руки к груди. — И когда он придет, он убьет всех, кто мне дорог. Винсента, Луизу, Терезу…
Лицо Эльгера исказилось, словно по нему прошла судорога.
— Вы не представляете, на что он способен. Я должна вернуться к нему сама и я должна запечатать Аурихэйм. Вы лишитесь магии, станете обычными людьми, но вы будете жить…
Пощечина оказалась неожиданной.
И отрезвляющей.
Я задохнулась, собираясь было высказать Эльгеру все, что о нем думаю, но он вскинул руку:
— У вас истерика, Лавиния, и это был единственный способ привести вас в чувство. Далее. Я не собираюсь помогать вам совершить самоубийство…
— Вы не пони…
— Но я собираюсь помочь вам изучить этот феномен и сделаю все от меня зависящее, чтобы ваша семья не пострадала. У меня в детстве был один очень занятный опыт. Мой отец решил, что моя магия недостаточно сильна, и вытравил ее, чтобы заместить магией искажений. Долгие годы я думал, что моя внутренняя тьма — порождение этого эксперимента, но сейчас понимаю, что с наибольшей вероятностью, у нее природа Пустоты.
— Что? — тихо спросила я, не веря своим ушам.
— Природа пустоты, — Эльгер посмотрел мне в глаза. — Когда отец выжигал магию, чтобы заполнить меня магией искажений, из подпространства пришла Пустота. Отрезанная от источника, она с каждым годом становилась все слабее. Понемногу, при должных усилиях с моей стороны, и этот процесс ускорился, когда рядом оказалась Шарлотта. Ее магия жизни сделала возможным то, на что я уже не надеялся. Она помогла мне справиться с проявлением множества темных сторон, но прежде чем мы проделаем это с вашим Льером, мне нужно восстановить записи эксперимента отца. Теперь вы понимаете, о чем я говорю? Дайте мне время.
— У них этого времени нет.
— Я не сказал, что мне потребуется месяц, — жестко произнес он. — Мне потребуется доступ к архивам отца, которые сейчас находятся в ведении Комитета. Им управляет мой брат, поэтому я поеду туда сейчас же.
— И я…
— А вы поедете домой. Успокоитесь. И все расскажете Терезе, — подвел черту Эльгер. — Обещайте, что не станете делать глупости, Лавиния. Сейчас они могут слишком дорого нам обойтись. Не только нам, но и двум мирам. Если повезет — двум.
Он на мгновение замолчал, а после продолжил:
— Лучше сделаем так. Я вас отвезу, а вечером мы с Анри…