Ремесло Небожителей: читать начало книги онлайн

– Полезай, – распорядился Госфен. – Не упадёшь?

– А-а… Не, не упаду.

Трай неловко перебрался через бортик сундука, нащупал ногой ступеньку, начал спускаться. Внизу и впрямь оказалась небольшая комнатушка, ещё и с мебелью: две застланные койки, стол, в углу за ширмой – рукомойник и ночной горшок.

Трай потоптался на месте, разглядывая это нехитрое убранство, повернулся к спустившемуся следом Госфену:

– Это что, каземат какой?

– Дурень ты, – покачал головой старик. – Это схрон. Для таких как ты, кому в тюрьму не резон попадать.

– За что ж меня в тюрьму? – опешил Трай.

Госфен поморщился, махнул на кровать.

– Ложись, спи лучше. Завтра на свежую голову всё расскажу.

Трай послушно уселся на койку. Соломенный тюфяк, одеяло из грубой шерсти. Не то что в гостиничном номере. Скорее, на его топчан в сарае у Капошей смахивает. Он приготовился было лечь, но опомнился, вскочил:

– Погоди! А как же Мави, Эдаль? Их, получается, в тюрьму забрали? За что?! Не, я друзей не оставлю. Я разобраться должен…

– Куда тебе сейчас «разбираться». – Госфен толкнул его в грудь, вынуждая опять усесться на койку. – Спи, а я схожу, узнаю, что и как.

– Ты точно узнаешь? – недоверчиво переспросил Трай.

– Точно, точно. Мне с этой вашей Эдалью познакомиться крайне необходимо.

Часть II. Небесье

Прелюдия, 970–976 гг. Эры Небожителей

Илва попала в Небесье, как попадают все – прилетела из родного Княжграда менять молодое тело на звонкую монету. Монет мена сулила не много, но и предложить что-то особенное женщина не могла: и внешности заурядной, и молодости не самой первой – двадцать два года исполнилось. Да и знала за собой хвори, о каковых предпочла умолчать. Мена ведь тому выгодна, кто перехитрить сумеет.

Как все, Илва выстояла очереди сначала во Дворце Прошений, затем в Госпитале. Как всех, её ощупывал и осматривал лекарь – мужчина, женщин-лекарей мало, они самых богатых да благородных дам пользуют. Менщица Илвы ни особо богатой, ни благородной не была, потому терпела. И была вознаграждена, когда лекарь без всякого снисхождения объявил об Илвиных хворях.

– Ах ты ж паскудница! Ах ты ж хитрованка облезлая! Ишь, удумала чего – монеты за товар подпорченный получить! – Тётка-трактирщица вцепилась бы Илве в косы, а то и глаза попыталась бы выцарапать, случись подобное в Наземье. Но в Небесном Госпитале разговор совсем иной. Лекарь даже голос повышать не стал:

– А ну, толстозадая, хватит слюной брызгать. Говори коротко – подтверждаешь мену?

– Да на кой она мне сдалась – такая мена?! Я и задарма её болячки не возьму!

– Тогда пошла вон.

– Как так – «вон»? Я ж за проезд заплатила…

– Вон. Или блюстителей позвать?

Трактирщица хапнула ртом воздух, выпучила глаза, будто здоровенная жаба – платье её как раз и было болотно-зелёного цвета. Повернулась к Илве:

– Ну, паскудница, подожди, вернёмся в Княжград, там уж я…

Лекарь потянулся к приделанному рядом со столом шнурку. Тучная, неповоротливая трактирщица вылетела из кабинета, точно из болтострела запущенная, откуда прыть взялась? Тем не менее лекарь за шнурок дёрнул. Звонка слышно не было, но Илва не сомневалась – он сейчас звонит именно там, где надо. Ей сделалось страшновато.

– Мне тоже – вон? – спросила.

– Разумеется, – кивнул лекарь. И, развернувшись на стуле, указал на дверцу в противоположной стене. – Вон – туда.

Илва посмотрела на шнурок, вспомнила надменные рожи блюстителей, коих успела повидать в Небесном Городе, и передумала переспрашивать, пошла, куда велено. За дверью была ещё одна комнатка, на лекарский кабинет или лазаретную палату не похожая. Белые стены, белый потолок. И пол белый, хоть, ясное дело, не извёсткой беленный. Тому, что в небесных домах окон зачастую нет, Илва уже не удивлялась. Из мебели в комнатке стояли лишь стол да два стула. Она подумала-подумала и присела на один.