– Ну? – вместо ответа уставился на него Трай.
Незнакомец посчитал это мычание ответом утвердительным. Бесцеремонно взял полуштоф, поднёс к носу, понюхал. Скривился презрительно.
– Вижу, клюквенку употребляли. А ничего получше не желаешь? Только давай пересядем, а то тут как на витрине, глаза всем мозолим. – Он кивнул на окно и, не дожидаясь ответа, обернулся, крикнул пробегавшему мимо половому: – Штофик княжьего бальзама за мой стол! И быстро!
Половой чуть не споткнулся. Уважительно закивал: «Я мигом, мигом!» – и был таков. Незнакомец меж тем встал из-за стола, пошёл куда-то в самый угол залы. Трай с удивлением понял, что послушно поднимается. Хотел было послать старика к лешему, но передумал. Чего б и не угоститься за чужой счёт? Отведаем, что это за «княжий бальзам». Впрочем, полуштоф с остатками клюквенки он захватить не забыл.
Столик незнакомца прятался в небольшой нише за ведущей на кухню дверью. Возле него стояло всего два стула. Старик облюбовал тот, что под стенкой, и Траю пришлось садиться спиной к зале. Но так было даже удобнее – никакая рожа в стакан не заглядывает.
Он поставил бутылку посреди стола.
– Что ж, пока принесут, давай этого пойла выпьем, – улыбнулся старик. – За знакомство! Меня Госфен зовут.
Разлил настойку по рюмкам, себе – на донышко, гостю – полную. Осушил залпом, и Траю ничего не оставалось, как последовать его примеру – назваться и выпить.
Полная рюмка клюквенки на мгновение оглушила. Трай откинулся на спинку стула, блаженно зажмурился. Подумал, что надо бы закусить. Но закуски не было, а если бы и была – живот полон, не лезет.
– Издалека приехали? – поинтересовался Госфен.
– Ага, из Берестовья. Это в Верхотурьевском округе, за Серединным хребтом. Три дня пути дилижансом.
– Далеко, – уважительно согласился собеседник. – Какая надобность в Княжград привела, спрашивать не стану, потому как не моё это дело… О, а вот и бальзам!
Трай открыл глаза. В руках неожиданного знакомца была маленькая бутылочка из чёрного стекла. И жидкость, что он наливал в рюмки, была чёрной.
В этот раз Госфен налил поровну – четверть рюмки.
– Но независимо от того, какое у вас дело, пусть оно обернётся удачей, – пожелал.
Трай кивнул – верно говорит человек. Поднял рюмку, посмотрел с сомнением – как пить-то такое страшное? Понюхал. Запах оказался приятный, травяной. Залпом проглотил напиток. Глотку не обожгло ни капельки – не то что клюквенка.
– И как? – полюбопытствовал Госфен.
Трай пожал плечами.
– Вкусно. Только крепости нет. Её бы с настойкой смешать. Так можно?
– Отчего же нельзя, попробуй.
Хитрые искорки в глазах старика сделались ещё хитрее, но Трай на это больше не обращал внимания. Налил себе четверть рюмки клюквенки, добавил столько же бальзама. И Госфену плеснуть не забыл. Бальзам с клюквенкой – вот это оказалось в самый раз.
Трай сыто рыгнул. Хорошо! Почти как в саду том волшебном… Он лениво посмотрел на старика. Спросил:
– За что мы пили-то?
Тот улыбнулся и будто мысли угадал:
– За волшебный сад.
Трай согласно кивнул:
– Ага! Волшебный сад, это такое, расскажу я тебе, место…
– И расскажи, – подначил Госфен. – Что это за место? Где оно находится?
Трай расплылся в снисходительной улыбке:
– Нигде, ясное дело. Это сон, самый сладкий, какой только бывает. И снится он тем, кто менялся вперёд. Вот ты, старый, менялся хоть раз вперёд?