Улеглась на койку, прикрыв глаза. Чуть больше чем за сутки произошло много событий. И узнать тоже удалось немало. Теперь надо подумать. Хорошо подумать и решить, как жить дальше.
С дополнительным кредитом на самом деле попали не только мы, а вообще все студенты, которые жили в разрушенной части общежития. Даже если они успели вынести личные вещи, то за обстановку комнаты всё равно придётся возмещать. Хорошо хоть не за само строение.
К счастью, информация не пропала. Все учебные, да и личные файлы дублировались на сервере университета — так что в этом плане лишних трат не предстоит. Поставив закачку, хмыкнула на появившееся предупреждение о том, что я нахожусь на закрытой территории Древтара и любые действия в сети проходят через специальный фильтр, отслеживаются и могут быть заблокированы. Но пока ни по скорости связи, ни по информации ограничений не заметно. Кстати, принесённый Прием экран действительно удобней — почти как тот, подержанный, который когда-то купила под контролем Шаса.
Щёлкнул компьютер, сигнализируя о новом сообщении: обещанном предложении миошана. Перед тем, как подтверждать, я внимательно прочитала текст, но ничего подозрительного не обнаружила. Даже платы за реальную услугу Прию не полагалось. Стопроцентных гарантий в Тартаре всё равно не получить, поэтому второй раз просмотрев договор, отправила своё согласие.
Только сейчас поняла, что есть то, на что обратила мало внимания. Почему Прий сказал нам, чем он занимался? Зачем открыл секрет, можно сказать, почти подставился? Особенно если считает меня подозрительной и возможным врагом? Даже если допустить, что я всё равно не смогу рассказать — как предупредил псевдомоллюск — всё равно странно. Прикрыв глаза, поудобнее устроилась на матрасе и закинула руки за голову. Пусть миошан получает только первое образование, но он истинный тартарец. Быстро ориентируется в ситуации. Например, с той же первой категорией ненадёжности и нашим коротким разговором насчёт Лии — наверняка многое понял и сделал свои выводы. Хорошо разбирается в особенностях чёрного государства, да и в людях — неплохо. По крайней мере, сейчас для меня действия Прия выглядят почти шагом навстречу. Выказывание доверия: как другу, коллеге, человеку. Благодаря словам миошана, уже не ощущаю себя в такой яме, а его — где-то наверху иерархии.
С Прия мысли перескочили на контроль и всеобщий шпионизм. В том числе — над извращенцами-самоубийцами. Перед тем, как подтвердить наши отказы и последние официальные решения, нам задавали вопрос о принуждении и тому подобном. Но к чему бы такие заморочки, если бы имелась возможность следить всегда и постоянно? Нет, судя по когда-то прочитанному описанию, через т’тагу ведётся именно что круглосуточное наблюдение и контроль. Получается, либо он ограниченный, либо его результаты не передают всем желающим. Причём даже высокопоставленным. Действительно, настоящая тирания древтарских спецслужб в данной области.
Кстати, сюда же можно добавить то, как подробно нам расписывали новые ограничения и о чём именно надо молчать. Даже если т’тага гарантирует соблюдение тайн, расчёт есть явно не только на неё, а и на нашу сознательность. А ещё из сложившийся у меня картины выбиваются новые сведения. Снова Прий. Вот ведь тартарец, сразу в нескольких убеждениях заставил сомневаться! Как этот ушасто-мохнато-хвостатый товарищ мог участвовать в войне, быть причастным к убийствам, но при этом остаться незабракованным? Да ещё и, судя по всему, его враги не узнали о роли миошана.
Повернулась на бок. Кто участвовал в нашей проверке? Сначала Радий контролировал, чтобы мы не находились под влиянием наркотиков и тому подобного. Кстати, не только Радий, ещё и байлог. Но это всё — физиологические параметры. Вертарский куратор проверял, нет ли действующего стороннего влияния, Лия — досье. После этого Фуньянь убеждался в нашей адекватности и отсутствии преступлений, а его слова, в свою очередь, подтверждал вертарский чиртериан. Выходит… С досье работала тартарка. С учётом слов Прия (кстати, Шас тоже что-то насчёт этого когда-то говорил), мог ли миошан скрыть или как-то замаскировать свои действия? Если он в этом разбирается — не исключено. Но остаётся ещё мыслечтец и непонятно чем занимавшийся вертарец.
Притянула к себе компьютер и залезла в сеть, поискать сведения о Дилане. Консультация заняла совсем немного времени: насчёт чиртериана никто не пытался скрывать или маскировать информацию. Вертарский куратор может работать как очень продвинутый, практически идеальный детектор лжи. Практически все приёмы, например, самоубеждение, гипноз и тому подобное, с ним не помогут. Только если человек действительно был сам обманут и даже подсознательно не осознаёт ошибки. Кстати, данной способностью обладает не только Дилан, а вообще все чиртерианы. В разной степени, но все. Кроме того, представители этого вида нередко могут почуять внушение, а то и даже заставить его сбоить или отменить влияние гипноза — на тех, кто находится рядом с ними. Кстати, на них самих воздействовать таким образом тоже почти нереально.
Значит даже если допустить, что Прий хорошо замаскировал свои действия, то всё равно остаются древтарец и, в меньшей степени, вертарец. Резко сев, замерла и покосилась на соседку. Вира продолжала спать. Вот как ей удаётся в таком положении сохранять спокойствие? Тихо встав, прихватила компьютер и вышла в коридор.
Напрашивается вывод, что спецслужбам гигантских стран, по крайней мере, той их части, которая контролирует нас, безразличны межвидовые трения. Особенно, если не касаются их лично. И даже преступления наши, до определённой степени, контролёров не трогают. Главное — чтобы для гигантских стран или стабильной зоны в целом мы угрозы не представляли. То есть, получается, что у нас ещё больше свободы, чем думала раньше. Вот только не радует эта свобода.
В коридоре стояла тишина. Приглушённый свет создавал иллюзию зеленоватых сумерек, растения, вьющиеся по стенам, дарили уют и почти домашний покой. Вот только… то ли действие успокоительного закончилось, то ли по какой-то другой причине, но спать не хотелось. Совсем.
Немного постояв, проверила дверь в купе Ликрия. Как и ожидала, та была заперта. Прислушалась. Показалось, или из залы отдыха всё-таки доносятся какие-то звуки? Хуже вряд ли будет. Разве что усыпят или обратно отправят — но это не страшно.
Раннее утро 19 – 27 июня 617135 года от Стабилизации
Транспорт древтарских спецслужб
В залу входить не спешила, остановившись у порога и заглянув. Светлое озеленённое помещение занимали только пятеро байлогов и несколько псевдомоллюсков. Если вторые, судя по всему, дремали, то первые просто отдыхали: Русс сидел в кресле и просматривал новости на стационарном компьютере, трое чёрных и чешуйчатых развалились на полу, на толстом ковре из вешности, и похоже, дружно что-то мастерили. Только Лисс неприкаянно бродил из угла в угол, пошатываясь, вздыхая и пошипывая себе под нос.
— Не спится? — поинтересовался ангелоподобный спецназовец, даже не обернувшись. И, не дожидаясь ответа, продолжил: — Усыпить, успокоить или просто здесь побыть хочешь?
Подтвердив последний вариант, устроилась на свободном кресле в углу и снова углубилась в чтение. Вопросов всё ещё оставалось очень много. Например, почему мне и Ликрию не присвоили первую категорию ненадёжности просто за то, что часть нас — опасные и нестабильные виды? Или за то, что мы тесно общались друг с другом?
Сеть не подвела. Все химеры, неважно из каких видов они произошли, по умолчанию считаются адекватными и психически стабильными. Усмехнулась: теперь понимаю, что такой ответ очевиден. Ведь среди химер сразу после «соединения» проходит чрезвычайно строгий отбор — чуть вбок, и мне подобный банально не выживет. Поэтому уже нет смысла смотреть на составляющие.
Кроме этого, из интереса просмотрела паспорта всех присутствующих. К слову, у Лисса документ был, но уже не тартарский. Чёрное же государство лишило его права даже на рабское удостоверение личности. Учитывая законы Тартара — ожидаемо.
У всех других байлогов гражданство тоже Древтарское. Ну и, разумеется, у всех (включая друга) классическое предупреждение в паспортах: про охрану спецслужбами. А вот документы псевдомоллюсков преподнесли сюрприз. Да ещё какой! Оторвавшись от компьютера, я долго рассматривала многощупальцевых созданий на всех доступных мне уровнях. Нет… не знаю. В чём-то похожи, но никакого чёрного тумана не заметно. И на пси-уровне выглядят несколько иначе. Тогда почему в их видовой принадлежности чётко прописано «байлог: хета»?
Лисс продолжал маяться. Несколько минут я наблюдала за подростком. Странное поведение. Как будто его что-то мучает… причём не горе. Точнее, горе есть, но отнюдь не только оно. Создавалось впечатление, что подросток страдает от боли или какого-то очень сильного дискомфорта.
— Что с ним? — перебравшись поближе к Руссу, осмелилась отвлечь спецназовца. — Это из-за того, что… — запнулась, мучительно вспоминая непривычный термин.
— Из-за того, что не тэлились, — подтвердил мужчина, без малейшего недовольства оторвавшись от компьютера.
Поколебавшись, села на соседнее кресло.
— Процедура болезненна? Опасна?
— Для тэля? Ни то, ни другое, — казалось, спецназовец даже удивился от моего предположения.
— Тогда, может, не стоит избегать тэльства? Если Лиссу надо, а для нас — безопасно.
— Нет! — тут же вмешался Лисс. — Нельзя… мы не должны этого делать!
Юноша выглядел усталым, измученным и напуганным. Из-за таких резких возражений мне в голову начало закрадываться бредовое предположение: