Дин судорожно вздохнул, не зная наверняка, блефует ли ангел, и, не тратя времени даром, устроился у него на коленях. Господи, если Кас планировал его отшлепать…
Но вместо того, чтобы ударить, ладонь Каса невыразимо нежно и мягко легла на одну из ягодиц. Достаточно неприятно — даже незначительное давление причиняло боль — но Дин мог это вынести. Охотник напряженно ждал, когда ладонь поднимется, но шлепка так и не последовало. Через тридцать изматывающих секунд Кас заговорил, явно позабавленный происходящим:
— Сейчас ты прогнешься и разведешь ягодицы для меня. И даже не думай схалтурить.
Дин не собирался задавать вопросы или оттягивать исполнение приказа. Стиснув зубы в ожидании боли, он протянул обе руки назад, беспомощно повисая на коленях Каса, и взялся пальцами за покрасневшую кожу.
Это было не особо очешуенно, но терпимо. Спустя пару секунд Дин смог заставить себя продолжить и развести ягодицы, открывая ангелу прекрасный вид.
Тот с удовольствием сказал:
— Хотел бы я, чтобы ты смог себя увидеть: распростертый у меня на коленях, с всё еще ярко-красной и горящей задницей, раскрытый… Ты — произведение искусства, Дин.
Тем временем Дин обнаружил, что вместо того, чтобы ослабевать, боль только усиливается. Он заставил себя дышать ровно и ритмично. В конце концов, они медленно шли к тому, чего он сам желал — к сексу. Ангел, видимо, просто показывал Дину, что тот будет чувствовать, если что-то будет давить на разгоряченную кожу, давал Винчестеру возможность передумать… И, определенно, наслаждался открывавшимся ему видом.
Секунду спустя раздался знакомый звук открывающейся крышечки.
Несмотря на то, что Дин ожидал этого, он всё равно рвано вздохнул и дернулся, когда пальцы надавили на колечко мышц ануса.
Принимая во внимание события этого вечера, Дин уже был растянут, но смазки, как говорится, много не бывает. К одному пальцу ангела присоединился второй. Три толчка спустя добавился третий. Дин, тяжело дыша, закрыл глаза и сосредоточился на том, чтобы держать ладони на месте и разводить ягодицы в стороны.
— Прекрасно, — мягко похвалил Кас, — Думаю, ты практически готов насадиться на мой член.
Дин не смог сдержать стон. Кас собирался заставить Винчестера самостоятельно двигаться на его члене. Это было… чертовски сексуально, и, наверное, настолько же больно. И, как понял Дин, это давало ему возможность самому решать, что, когда и насколько плотно будет соприкасаться с его задницей. Кас всё еще пытался убедиться, что Дин не перегнет палку.
Через несколько мгновений жжение от проникновения сменилось волной удовольствия: Кас толкнулся пальцами в простату. Дин проехался по коленям ангела каменно-твердым членом, уверенный, что если Кас сделает так еще пару раз, то он просто кончит прямо на месте.
Словно прочитав эти мысли, пальцы исчезли, и Кас мягко прикоснулся к одной из ладоней Дина, разрешая опустить руки.
Облегченно вздохнув, Дин убрал пальцы, дергаясь от боли, когда кровь прилила к местам, на которые он надавливал, вынуждая кожу пульсировать.
И всё же, когда ангел задал вопрос, Дин даже не сомневался в ответе:
— Твой цвет, моя покрасневшая любовь?
Дин чуть не сказал ангелу, что его поэтический дар пока оставляет желать лучшего, но вовремя сдержался:
— Клянусь, всё еще зеленый.
— Хороший мальчик. Скажи, если что-то изменится, — искренне сказал Кас, — а теперь вставай.
Дин поднялся, наблюдая, как Кас выдавил из тюбика смазку и размазал её по своему члену. Затем ангел уперся ладонями в матрас и отодвинулся, чтобы Дину не пришлось балансировать на краю. Устроившись в центре кровати и вытянув ноги, Кас кивнул, и Дин послушно подполз ближе. Ангел положил руки ему на талию, но не попытался притянуть охотника ближе, а просто сказал:
— Отправь мой член туда, где он должен находиться.
Господи боже, это было чертовски горячо. Дин глубоко вдохнул, стараясь не облажаться и не кончить. Пытаясь прийти в себя, охотник отклонился и приставил головку члена Каса к судорожно сжимающемуся колечку мышц.
Ангел не отводил взгляд от лица Дина, вчитываясь в малейшие изменения выражений, убеждаясь, что Винчестер действительно может продолжить. Охотник был слишком сосредоточен на давлении члена на анус, чтобы укорить Каса за то, что тот опять не верил ему на слово.
Благодаря подготовке жжение было не настолько сильным, каким могло бы быть, но всё же ощущалось, и Дин сосредоточился на дыхании, позволяя гравитации выполнить львиную долю работы.
Спустя несколько секунд после того, как Кас вошел в Дина целиком, охотник понял, что протяжный стон, который он слышит, срывается с его губ. Задница Дина соприкоснулась с бедрами анела, и охотник жалобно захныкал. Тяжело дыша, Дин прижался лбом к лбу Каса, и тот, крепко обхватив его руками за талию, слегка ослабил давление на истерзанную кожу ягодиц.
— Ты потрясающий, — прошептал Кас, — абсолютно потрясающий.
Дин почувствовал, что краснеет.
Кас даже не пошевелился: он не начал ни трахать Дина, ни направлять его, сжимая пальцы на талии. Ангел просто ждал. Пару секунд спустя Дин взял себя в руки настолько, что смог начать двигаться. Он приподнялся, чувствуя, как член начинает выскальзывать из него, выдохнул и опустился обратно.