Винчестер начал двигаться в постоянном ритме, неторопливом, но ровном, закрыв глаза и позволив мыслям раствориться, полностью сосредоточившись на ощущениях. Приятная наполненность смешивалась с болезненным давлением на ягодицы, а прилив крови к покрасневшей коже прекрасно сочетался со скольжением члена Каса. Дин не мог решить, что ощущалось более интенсивно и что нравилось ему больше: к счастью, он мог чувствовать и то, и другое.
Дину казалось, что он двигается уже несколько часов. Он чувствовал, что гонится за недостижимым оргазмом, и все глубже и глубже проваливался в бездну отчаяния. В какой-то момент охотник обнаружил, что по его щекам текут слезы.
Время растянулось, превращая каждую секунду в маленькую бесконечность. Дин знал, что ему было нужно, но не мог заставить себя сделать это, понимая, насколько будет больно. Наконец он поднял голову и открыл глаза, фокусируясь на Касе. Мягкий, обожающий взгляд ангела тут же посерьезнел, когда Кас услышал надломанные, тихие слова Дина:
— Помоги мне, Кас.
Ему не нужно было уточнять. Кас понял, о чем просил Дин. Как только эти слова сорвались с губ охотника, пальцы на талии сжались, явно оставляя на коже синяки. Секундой спустя бедра ангела поднялись ровно в тот момент, когда ладони дернули Дина вниз, даря ему те ощущения, которых охотнику так не хватало. Дин громко застонал, когда волна удовольствия и боли захлестнула его, и запрокинул голову.
Кас трахал его жестко, резко толкаясь бедрами в невыразимо чувствительную задницу Дина. Винчестер не мог бы контролировать поток стонов и всхлипов, срывавшихся с губ, даже если бы от этого зависела его жизнь. Спустя минуту или две Кас намеренно толкнулся в простату под нужным углом, и Дин почувствовал, как напрягается каждая клеточка тела. Его член запульсировал, забрызгивая всё вокруг спермой. Кас кончил спустя несколько секунд, наполняя Дина горячей жидкостью. Дин вцепился в ангела, не перестающего поднимать бедра и проводящего их обоих через кульминацию.
Как раз в тот момент, когда давление на ягодицы грозило стать абсолютно невыносимым, Кас легко приподнял Дина и усадил его на край кровати, придерживая рукой за плечи. Отклонившись, ангел открыл один из ящиков прикроватной тумбочки и вытащил упаковку детских салфеток. Спустя пару секунд холодная и влажная, но нежная ткань начала мягко очищать живот Дина от капелек спермы.
Дин даже не пытался помочь. Он тратил все оставшиеся силы на то, чтобы не расплакаться из-за ощущений в заднице, прижатой к простыням. Кас, видимо, почувствовал это, потому что перевернул Дина, помогая ему лечь на живот.
Секунду спустя другая салфетка уже аккуратно двигалась между его ягодиц. Кас делал всё как можно более осторожно, стараясь не потревожить и без того пострадавшую кожу, но Дин всё равно не смог сдержать всхлипы и хныканье. Вскоре салфетка исчезла. Кас положил ладонь Дину на макушку. Через пару секунд тихие звуки, доносившиеся сзади, навели охотника на мысль, что ангел тоже вытирался.
Винчестер даже не попытался выровнять дыхание, чувствуя, что по его щекам всё еще текут слезы, а грудь содрогается в бесконтрольных всхлипах. Кажется, двигаясь на члене Каса, он не осознавал, насколько яркими были испытываемые им ощущения. Только сейчас он, оглушенный и ошеломленный, начал понимать, что чувствовал. Дин поднял голову, утыкаясь Касу в ладонь и ища большего контакта.
Ангел тут же лег рядом, приподнял Дина и помог тому прижаться ближе. Тот обхватил Каса за шею, не осознавая, что рыдает, пока не почувствовал, как дрожит.
Кас крепко обнял охотника и погладил его по голове.
Дин не плакал так даже после порки: возможно, потому что с легкостью шагнул в сабспейс, возможно, из-за вмешательства Сэма, возможно, потому что был слишком сосредоточен на том, чтобы Кас понял, что охотник действительно хотел этого.
Когда-нибудь Дин сможет понять, почему разрыдался… Но в тот момент он был слишком занят, чтобы углубляться в самоанализ.
Однако он заметил, что эти слезы не были плохими. Да, Дин рассыпался на части, но в каком-то плане это было… «хорошо» — не то слово. Правильно, возможно. Безопасно.
Теплые руки Каса крепко прижимали его к себе, а с губ ангела срывались слова, несущие обожание, успокоение, любовь и заботу.
Дин не мог сказать, как долго плакал, но в какой-то момент почувствовал, что ему стало легче дышать. Спустя пару секунд охотник смог поднять голову. В тот же момент в руке Каса появилась (нет, в прямом смысле появилась, Винчестер тому свидетель) салфетка, которой ангел нежно провел по щекам Дина, вытирая дорожки слез.
Заметив, что Кас настолько сфокусировался на нем, что даже думать забыл про то, что и сам покрыт слезами охотника, Дин вытащил из упаковки еще одну салфетку и помог ангелу.
По щекам медленно и неохотно текли слезы, постепенно высыхая прямо на покрасневшей коже. Дин опять уткнулся лбом в лоб Каса, и ангел нежно поцеловал его. Увидев, что Дин более-менее успокоился, Кас ласково и нежно спросил:
— Перебор?
Дин покачал головой:
— Как раз то, что нужно. Идеально. Клянусь. Зеленее, чем день Святого Патрика, — голос был низким и хриплым из-за рыданий.
— Ты не перестаешь меня удивлять, Дин, — мягко сказал Кас, — Такой красивый. Такой идеальный. Такой хороший для меня… Я не заслу…
— Даже не смей, — тихо перебил его Дин, — говорить, что не заслуживаешь меня. Даже не думай так. Именно я здесь не заслу…
— Даже не смей, — перебил Кас, и они тихо засмеялись.
— Ладно, — сказал Дин, улыбаясь, несмотря на дрожь в голосе, — мы оба друг друга заслуживаем. Не уверен, делает ли это нас самыми удачливыми или самыми жалкими сукиными детьми на планете…
— Думаю, и тем, и тем, — с улыбкой ответил Кас.
Секунду спустя дверца шкафа распахнулась.
— На этой ноте, — счастливо сказал Сэм, — я вас покину.
Судя по пижаме и растрепанным волосам, еще недавно Сэм лежал в кровати. Он вылез из шкафа, направился к двери и уверенно открыл замок.