Удар.
* * *
– Что же произошло с твоим другом?
– Он погиб в ДТП… его сбила машина. Черепно-мозговая травма и кровоизлияние в мозг. Когда его доставили в больницу, он был уже мертв.
– Очень сожалею.
– Я знаю. Не нужно этих слов.
– Как думаешь, почему он погиб?
– Я не могу судить наверняка. В последнее время что-то странное начало происходить с ним – он стал сам не свой. Развелся со своей женой Татьяной и женился на Ларисе. Признаться, я так и не смог понять его выбор – они совершенно непохожи друг на друга. С момента развода со своей Таней он прекратил со мной все контакты, хотя раньше их активно поддерживал. Я сам до сих пор не знаю, что же сподвигло его на те необдуманные с моей точки зрения шаги.
– А что стало с Татьяной и Ларисой, ты не знаешь?
– Татьяна вышла замуж за другого и уехала в иной город – об ее дальнейшей судьбе мне ничего не известно. А Лариса… Лариса погибла. Ее убили.
Говоривший человек вздохнул.
– Какой-то маньяк подстерег ее в переулке, когда она возвращалась домой. Изнасиловал, а затем убил ножом. Тело нашли в подвале в одном из соседних домов примерно спустя неделю после событий.
– Все это, конечно, жутко.
– Да, согласен с тобой, очень печально.
– Но это так и не объясняет его поведения за несколько месяцев до смерти.
– Да, не объясняет. Впрочем, – и говоривший улыбнулся, – мне кажется, у меня есть небольшая зацепка.
С этими словами он вынул из своего портфеля небольшую стопку бумаг.
– Вот, держи. Это его дневник, который он вел – по крайней мере, та часть, которую я сумел достать, когда производилась опись имущества. Сам я его еще не смотрел, но раз тебя так заинтересовал этот вопрос – прочти, может быть, найдешь в нем ответ.
– Да, дай мне взглянуть на эту вещь.
И человек раскрыл страницы…
12.01.2005
Когда Спящий проснется
– Господин Координатор, когда же Спящий, наконец, проснется?
– Вы спрашиваете об этом меня, Адмирал? Я полагал, что вам лучше знать.
– Свободная воля, господин Координатор, свободная воля… Может быть, мы допустили с вами ошибку?
– Напомню, что это был наш совместный проект с вами. Ошибки нет, есть статистические погрешности и доли вероятностей…
– Сейчас вы говорите прямо как математик.
– А что еще нам с вами теперь остается делать? Мы можем только наблюдать.
– За его агонией? Ведь он умирает у нас прямо на глазах, мучительно и неостановимо.
– Он сам так выбрал. Большинство-с, знаете ли, перевешивает.