Это было не просто оружие, а их семейная реликвия. Он передавался из поколения в поколение и о создании меча ходили легенды. После гибели Бартока он был утерян, и сколько бы Стево и Эста не пытались — найти меч не удавалось. А теперь он внезапно появился в сундуке северного принца! Похоже или на идиотскую подставу или… на очень изощренное предательство.
Не задерживаясь больше ни секунды, Стево направился туда и грозным рыком заставил всех присутствующих в комнате заткнуться и прекратить хаотичные передвижения. Он никогда не брал на себя труд запоминать лица слуг, но некоторых все же знал. Например, Гуди — который с первого же дня взялся покровительствовать Джею. И северных мальчишек ни с кем не спутать. Мате в комнате не было, но Стево без труда различил его запах, который свидетельствовал о том, что этот хитрец всегда знает, когда лучше смыться с поля боевых действий.
Джей пребывал в одном из своих поистине демонических настроений. Черные глаза сверкали злобой и жаждой разрушения не меньше, чем у самого Стево во время битв. У него была разбита нижняя губа и по подбородку текла кровь. Стево мысленно пообещал себе, что оторвет руки и ноги тому, кто ударил его омегу. Но чуть позже. Взгляд нашел Последний Луч. Его держал Нил — старший сын Эсты.
— Какого черта ты здесь делаешь? — прорычал Стево, рывком отбирая у племянника оружие.
— Отец велел присутствовать и проследить, как все пройдет, — ничуть не обижаясь на грубость дяди, ответил Нил. Пока Стево, едва не дрожащими руками, вытащил меч из ножен и пристально его разглядывал, Нил кивнул на брошенные на постели травки и небольшие бутылочки с жидкостями. — Вот этот тоже у него нашли.
— Пошли все вон, — тихо и холодно приказал Стево. Он не смотрел ни на кого, только на рукоять меча. Барток никогда не страдал от скромности и потому, едва унаследовав Луч, позаботился, чтобы на нем появилась гравировка, указывающая на владельца — слово «Великолепный». И почему-то сейчас это особенно больно кольнуло ностальгией по сердцу.
Комната пустела не с той скоростью, как хотелось бы Стево. Он раскатисто зарычал и даже щедро отвесил замешкавшемуся племяннику пониже спины. Потом они с Нилом поговорят и помирятся. А что еще более вероятно — Нил не обидится, он умный парень и сам понимает, в каком настроении сейчас его дядя.
— Скажи мне, что это — искусная копия, — потребовал Стево у Джея, когда они остались наедине.
— Это — Последний Луч! И он мой! Отдай! — паршивец шагнул в сторону Стево, кажется и впрямь собираясь попытаться отобрать меч.
— Какой еще твой? — зарычал Стево, едва сдерживаясь, чтобы не начать распускать руки. Он искренне надеялся на чудо. Пусть бы Джей стал говорить, что меч не настоящий, а еще лучше, что он понятия не имеет откуда это в его комнате, что ему это подкинули, и он вовсе не при чем. Но нет же! Омега нагло и прямо утверждал обратное. — Он принадлежал Барти, а после его смерти пропал! Как он оказался у тебя?
— Я… украл его у принца Бартока, — чуть замявшись, ответил Джей. Хотя по мнению Стево, он должен был вот прямо сейчас провалиться сквозь землю. А еще лучше, говорить нечто подобное из-за надежной двери и как следует продумав несколько путей к бегству, а не в лицо разгневанному альфе. Чертов северный принц совершенно не знал страха и чувства самосохранения! Стево потерял дар речи и мог только низко угрожающе рычать, глядя на жениха с яростью и до боли сжимая рукоять вновь обретенного меча в ладони. — Я был мелким и любил смотреть, как отец и Барток упражняются. Мне нравился Луч, он был таким необычным по сравнению с северным оружием. Мне казалось, что он больше подходит омеге, чем альфе — узкий, легкий, с красивой рукоятью, — быстро затараторил Джей, и Стево изо всех сил старался слушать и понимать суть. Но пока это походило на странный и глупый лепет. — Я дождался, когда Барток пойдет в баню, и стащил меч. Я даже не помню, собирался ли поиграть с ним, а потом вернуть, или… Но отец заметил его у меня раньше… — голос Джей вдруг сорвался и стал сдавленным, лицо приобрело какое-то необычное выражение, он нервно облизал губы и вскинул руку к правому плечу, туда, где выступал шрам со спины.
Стево и раньше был не в восторге от методов, которые использовал северный король при воспитании сына-омеги. И он, кажется, уже тысячу раз проводил пальцами по рубцу, гадая, как же он появился, кто мог быть так жесток, и почему.
Теперь он понял, кто и почему.
— Принц Барток сказал отцу, что я не воровал. Что он сам подарил, — рвано вздохнул Джей, помотав головой и вскинув глаза на Стево. — Он отказался забрать меч, когда уезжал, и настаивал, что это его подарок мне. Так что Луч мой! Отдай!
Джей попытался отнять меч, но Стево поднял руку повыше, так что он не мог дотянуться. Ему нужно было переварить все, что он услышал, и понять, насколько этому верить. Он мало знал о короле Рейгане и его ебанутом, как оказалось, характере. Как можно так обойтись с собственным маленьким сыном-омегой из-за какого-то меча? Нет, конечно, воровство чужих семейных реликвий — это херово и нельзя поощрять. Но шрам на спине Джея — однозначно перегиб. А вот Барток мог подарить меч, даже Последний Луч, если это могло бы спасти ребенка от жуткой расправы, — это вполне в его стиле.
— Это не твой меч! — вдруг очень сердито зашипел Джей, больше не пытаясь отнять оружие, а агрессивно пихнув Стево в грудь. — Не ты его подарил, и ты не можешь забрать!
Вообще-то у Стево имелся целый арсенал аргументов в пользу того, что он мог делать что хочет. Начиная с того, что он — брат короля, а Джей принадлежит ему, и все, чем владеет омега — тоже его, и заканчивая глубоким убеждением, что омегам ни к чему иметь оружие. Он и так уже сдался на счет коня, а теперь еще и это! Что дальше? Джей потребует яйца Стево себе в сундук?
В общем-то, у них сейчас могла бы случиться знатная и громкая ссора, включающая проклятия и рукоприкладство с обеих сторон. Но вместо этого Стево шумно выдохнул и отдал Джею меч. Он сознательно допускал только две мысли: «Барти подарил Луч Джею» и «Джей за него заплатил сполна», игнорируя все остальные.
Джей вцепился в меч так, словно вырвать его уже никогда и ни у кого не будет возможности. Кажется, он не до конца поверил в то, что сумел вернуть его, и с подозрением покосился на Стево.
— А это? — спокойнее спросил Стево, кивнув на перемешанную колдовскую дрянь. Он не собирался упоминать про муку, поскольку отлично знал — это уж точно подстава.
— Просто травки. Рурорг дал с собой. На случай, если буду болеть, или если ты будешь в походе, когда у меня начнется течка, — голос Джей дрожал, но не от гнева.
Он приблизился к Стево, положил ладонь ему на грудь, туда, куда в ярости пихнул, а после и сам приник к альфе. Стево с готовностью обнял своего паршивца, тяжело дыша и чувствуя, как на душе скребутся кошки. Барток…
— Видишь, что происходит, когда ты уезжаешь от меня? — тихо спросил Джей.
Стево увлек его на постель и теперь он уселся в свою любимую позу — на колени к Стево, лицом к нему, обняв бедрами за талию. На этот раз Джей прижался очень плотно, животом и грудью, положив подбородок на плечо и обнял крепко-крепко. Казалось, он действительно боится расставаться со Стево, потерять его.
И всего на пару секунд Стево позволил себе признаться — он теперь тоже этого опасается.
========== 29. Согласен ли ты выйти за меня… на Восток? ==========
Этой ночью Джею не снились кошмары. Но он все равно плохо спал, вертелся, часто просыпался от жары и вставал, чтобы попить. Иногда казалось, ночь слишком длинная, и он вздрагивал, пугаясь мысли, что настало время сбегать домой. Но быстро успокаивался, когда ощущал вокруг себя запах изверга. Он укладывался назад, ему на плечо, и начинал мурлыкать, несмотря на жару, прижимаясь теснее и обнимая своего альфу.
Удивительно, но в первую ночь, когда они все же легли вместе, Стево в кои то веки не храпел. Каждый раз, когда Джей, попив, возвращался к нему, изверг начинал легонько поглаживать его по спине, проходиться пальцами по шраму, перебирал распущенные волосы и урчал.
Когда утром Джей кряхтя уселся в кровати и стал потирать глаза, то заметил — Стево не спит. Он лежал на спине, одну руку закинув за голову, а вторую щедро предоставив в качестве подушки, и рассматривал потолок над ними. Джей поднял глаза, удивляясь, что же там может быть настолько интересное.
— О чем ты думаешь? — спросил Джей, погладив изверга по плечу.