Он фыркнул, покосившись на советника, и отправился выпрашивать лошадку у конюха.
— Думаю, Стево просто волнуется о тебе и ваших будущих детях, — проводив Килли взглядом, продолжил разговор Томаш.
— Лекарь уже сказал ему, что все в порядке и у нас будет много детей.
— А потом сказал, что не уверен насчет верховых прогулок и лучше Стево не рисковать, подвергая тебя опасностям.
Джей закатил глаза и мысленно выругался на северном языке.
— Но ты в эту ерунду не веришь? Ты поговоришь со Стево? — с надеждой спросил он уже вслух.
— Я слишком часто бывал на Западе и занимался не только испепелением королевских гробниц и утешением будущих королей, которые совсем не хотели ими становиться. Так что повидал немало омег, которые были отличными наездниками и в то же время отличными анатэ.
Джей улыбнулся и вывел Чудовище на улицу, следом за Томашем и его конем. Он был совсем ребенком, когда на Западе сменился король. Тогда он больше времени проводил с анатэ и няньками и помнил, как Диас обсуждал со своим слугой и другом, что отправил Его Величеству королю Кармину соболезнования по поводу смерти его анатэ. Джею показалось это странным. Почему только соболезнования, но не поздравления с восшествием на престол? Кажется, на Западе все не так-то просто и гладко.
Был или не был Томаш из знатного рода, но в Карадане его уважали и слушались. Никто не попытался препятствовать им и запретить покидать королевский двор, а после и стены города. Эту дорогу Джей помнил — она вела в деревушку, откуда они со Стево отправляли письма. Он вздохнул и закрыл лицо платком.
— Держись левее. Там, где ты сейчас едешь, могут быть зыбучие пески, — предупредил Томаш, чуть притормаживая коня.
— Говорят, Эста тронулся умом, ему везде мерещатся предатели и шпионы, заговоры и перевороты, — проговорил Джей, припоминая слова Килли. Он обернулся, чтобы проверить, не едет ли тот за ними, но, похоже, конюх оказался не так уж щедр.
— А еще говорят, будто северный принц околдовал южного главнокомандующего и подпаивает его приворотным зельем, — пожал плечами Томаш. Его губы даже не тронула улыбка, и потому невозможно было так просто сообразить, шутит он или нет.
Джей нахмурился. Не только из-за того, что Томаш дипломатично и тонко уходил от ответа, но и потому что знал — такие слухи и правда имели место. И распространял их Мате. Утверждая, что в северном звереныше ничего такого нет, чтобы Стево мог в него влюбиться. А значит, он колдует, как и его анатэ. И все это злило. Потому что отношения между ним и извергом были самыми настоящими! Потому что Диас был никакой не колдун! Потому что за все время, что Джей прожил на Юге, он ни разу так по-настоящему и не воспользовался теми травками, которые с собой привез. И потому что душу терзала мысль, что Стево все еще спит с Мате.
— В любом случае, меня это не касается, — произнес Томаш. Они свернули в противоположную от деревни Фло сторону, и скоро вдалеке стал различим зеленый оазис, охваченный горячим маревом. — Я волнуюсь за жизнь и благополучие только одного человека — Стево.
— Вот как? А разве ты не присягал на верность королю?
— Нет. Благодаря некоторому стечению обстоятельств, — уклончиво ответил Томаш.
Джей опять посмотрел на него, раздумывая над тем, что в этом альфе больше тайн и сложностей, чем могло показаться на первый взгляд. Они хорошо общались и их отношения постепенно теплели, становились более открытыми и доверительными. Казалось, словно с Томаша слой за слоем слетают маски и роли, но вот в такие моменты становилось очевидно, что до настоящего человека было еще очень и очень далеко.
— Мы со Стево любим друг друга, — осторожно начал Джей. Он давно хотел прощупать почву и понять, на чьей стороне Томаш и как он будет действовать, если наступит критическая ситуация, о которой говорил Эммет. Например, бунт и переворот на Севере. — Я понимаю, что для него тяжело выбрать между мной и Эстой, если вдруг придется. Но, как ты думаешь, на чьей стороне он в итоге будет?
Джей некстати вспомнил последний страшный сон, голову анатэ и Лерроя на копьях, и звучно сглотнул, стараясь отогнать ком от горла.
— Мы, конечно, с ним довольно близки, но что у него в голове — я не знаю. Я знаю, на чьей стороне буду я — на его, какой бы путь он ни выбрал. А что насчет Стево… Он тебя любит — это очевидно. Но и потерю еще одного брата не переживет. Так что не думаю, что можно что-то предугадать на данном этапе…
Перед ними раскинулась небольшая роща мощных финиковых деревьев, которые дарили живительную тень ветвями, но чтобы проехать к ним, нужно было миновать охрану. Томаш притормозил и четким и твердым голосом сообщил стражникам, кто перед ними, и велел пропустить.
— Куда поедем? Здесь есть родник. Или сначала можно к деревьям, — Томаш оглядел территорию.
— Ты дружил с ними всеми? Я имею в виду, Имре, Бартока, Эсту и Стево, — спросил Джей, направляя Чудовище влево, больше интересуясь разговором, чем местностью.
— Не со всеми и не в одно время. Первым, с кем у нас сложились дружеские отношения, был Имре. Он плевать хотел на мое происхождение, да и советник ему был не нужен. Поскольку, как это ни удивительно при его вспыльчивом характере, он прекрасно умел договариваться и улаживать проблемы. Не доводя до войны. Мы были гораздо младше, когда познакомились и подрались. А уже после подружились.
— Как это у альф и водится, — хмыкнул Джей. Но не с осуждением, а скорее даже с гордостью. Он всегда верил, что Томаш умеет не только витиевато болтать и унижать людей одним взглядом и выражением лица. Раз уж известный как самый яростный и жестокий из четырех братьев, Эммерих, не прибил его во время драки, значит, Томаш чего-то стоит.
— Пару лет спустя я сблизился с Бартоком. Тогда было много военных столкновений с Востоком. Имре уводил флот, а я оставался в Карадане. Тогда-то Барток и стал брать меня с собой на Запад.
— Но принцу Бартоку тоже не нужны были помощники в дипломатических вопросах, — удивился Джей.
— Это уж точно. Скорее я у него учился, — улыбнулся Томаш. — Но просто иногда он был слишком занят другими, кхм, делами, так что я должен быть на подхвате…
Джей заметил, что прежнее настроение, с которым Томаш был сегодня утром, постепенно сходило на нет. Если у него и были какие-то проблемы, то сейчас, припоминая погибших братьев Стево, они забылись. Похоже, изверг на самом деле не единственный, кто скучал по ним.
От дальнейшего разговора их отвлек топот копыт, и Джей обернулся посмотреть, что еще за всадник здесь. Оказалось, это Килли, на вполне себе сносном коньке и с ухмылкой.