— Деньги, которые тебе нужны, к твоим услугам.
— Деньги?!
— Да. Это то, что я скопила на будущее. Плюс некоторые мои побрякушки, которые я и так не ношу. Не ахти что, но хватит. Я уже советовалась со знающими людьми и могу тебя заверить, что начнем мы на надежной основе.
Боже мой! Это не просто прекрасная музыка. Это чудо! Мечтал ли ты о таком? Капитал без кражи, без преступления. А с ним — подлинная любовь. Верни жизнь дядюшке Халилю. Очнись от кошмара.
— Ильхам, — пробормотал он еле слышно, — каждый раз, когда ты одариваешь меня своим благородством, во мне растет убеждение, что я тебе не пара.
— Хватит! Для поэзии времени нет.
Она счастлива и полна энтузиазма. Погасить этот огонь было бы твоим вторым преступлением. Но ведь она тянет руку, чтобы сорвать несуществующий плод. Да и тебе в голову не приходило, что так легко можно решить твою проблему. Только что теперь от того, что существует на свете любовь, свобода, человеческое достоинство? Почему же это чудо не свершилось прежде, чем ты совершил свое преступление?
— О чем задумался? Я надеялась, что ты обрадуешься. И даже очень.
Остается лишь поставить ее перед фактом, чтобы избавить от иллюзий.
— Говорю же, недостоин я твоею благородства, — сказал он, тяжело вздыхая. — Почему ты мне не веришь?
— Я думала, ты обрадуешься.
— Поздно.
— Боже мой, ты не любишь меня?
— Ильхам… дело обстоит гораздо сложнее. Я влюбился в тебя с первого взгляда. Но кто я такой?
— Только не говори мне, пожалуйста, об отце, о бедности, о том, что ты никудышный…
Ты терзаешь меня, разрывая мое сердце на части. Единственный способ исцелить тебя — это рассказать тебе всю правду.
— Может, ты еще болен? Вроде бы ты рядом со мной, а мне хочется спросить: где Сабир?
— Не спрашивай меня ни о чем, а иначе тебе придется расстроиться.
— Если ты еще болен…
— Нет. Болезнь тут ни при чем.
— Так в чем же дело? Почему ты говоришь — поздно?
— Я так сказал?
— Да только что!
— Я имел в виду лишь то, что я тебе не пара.
— А я эту чушь отвергаю. Ты знаешь, что я люблю тебя.
— В этом и состоит мое преступление. К сожалению, когда мы любим, уже не думаем ни о чем, кроме любви.
— В чем же тут преступление?
— А в том, что я должен был представиться тебе таким, какой я есть на самом деле.
— Ты это сделал, и я это приняла.
— Я рассказал тебе об отце, но…