Что бы ни случилось.
Но это ощущение сохраняется во мне не так уж долго.
Странный мужчина выходит на дорожку прямо передо мной, на нем все те же серые брюки и толстовка, а капюшон не дает мне рассмотреть его лицо.
У меня перехватывает дыхание, и я замираю на месте, чувствуя под ногами брусчатку. Часть меня готова в любую секунду сорваться и убежать, но другая часть жаждет поймать его, чтобы узнать, кто он такой.
Должно быть, я сошла с ума, потому что я совсем его не боюсь, потому что я девушка, гуляющая в одиночестве там, где нет ни души, а он, совершенно очевидно, не должен здесь быть.
В нем есть нечто, что говорит о его грусти и одиночестве.
И мне это до боли знакомо.
Может быть, это сын садовника?
Он словно медлит, замерев посреди дорожки: он как будто специально остановился, чтобы я последовала за ним.
– Кто вы? – спрашиваю я, делая шаг по направлению к нему.
Медленно… медленно… медленно он поворачивается ко мне… и в тот самый момент, когда мне кажется, что я вот-вот увижу его лицо, он останавливается. Мне так и не удается разглядеть, кто он, чего он, скорее всего, и добивался.
Он намерен поиграть со мной в какую-то игру.
Он снова отворачивается от меня, направляясь прочь по тропинке.
Но когда он понимает, что я не двигаюсь с места, он снова останавливается.
Он явно хочет, чтобы я шла за ним.
Он делает шаг, и я тоже. Затем еще и еще.
Мною движет поразительное любопытство, большее, чем я когда-либо в своей жизни чувствовала, что-то подталкивает меня следовать за ним, несмотря на все разумные доводы. Мне просто хочется принять участие в этой игре, посмотреть, куда она меня заведет.
Туман стелется по дороге, скрывая его ноги, а затем он заходит в дом и исчезает где-то в лабиринтах коридоров. Я прошу его остановиться, но он больше не собирается меня ждать.
Он сворачивает в сторону.
Я продолжаю следовать за ним.
Затем поворачивает снова и снова.
Наконец он останавливается перед дверью в спальню Сабины. Он буквально уставился на нее, а его лоб почти упирается в деревянные доски.
И в тот самый момент, когда я практически догоняю его, он просто исчезает.
Озадаченная, я стою в полном одиночестве перед дверью в комнату Сабины.
Этот человек был так же реален, как я сама, а теперь он просто испарился в воздухе.
Я безумнабезумнабезумнабезумна.
Делаю глубокий вдох, потому что только одна вещь прорисовывается абсолютно ясно в моем воспаленном сознании: реален он был или нет, он хотел, чтобы я оказалась перед дверью Сабины.
Только вот почему?
Я нетерпеливо стучу в дверь, желая поскорее понять это.
– Войдите, – слышу я голос пожилой женщины.