Я начинаю бояться темноты, потому что мне кажется, что за окном кто-то рычит.
Мое одиночество навевает еще больший ужас, поэтому я подскакиваю с кровати, словно пуля.
Я прокладываю свой путь через пустынные коридоры, направляясь в комнату Дэра.
Я ожидаю, что он прогонит меня, но этого не происходит.
Он лежит на смятых простынях, завернувшись в несколько одеял, но он совсем не удивлен, увидев меня на пороге своей спальни.
Вместо этого он раскрывает мне свои объятия.
– Иди ко мне, – говорит он.
Так я и делаю.
Голос Сабины убаюкивает меня, приносит покой и умиротворение.
– Это должно было случиться, – говорит она мне, но я не могу понять, что она имеет в виду.
– О чем вы? – спрашиваю я, и мой голос звучит очень хрупко, как у ребенка.
Наверное, это пробивается сквозь все пережитое горе моя невинность, это вызывает улыбку у Сабины.
– Обо всем.
– Я здесь по какой-то причине? – снова задаю вопрос я, хотя, если честно, ответ мне уже известен.
– Да, – кивает она, – так и есть. Но ты придешь к этому сама.
– А вы мне поможете в этом?
Она опять кивает мне:
– Я уже помогаю, дитя. Уже помогаю.
Она протягивает мне чашку чая, и я охотно беру ее обеими руками.
– Вы, случайно, не добавляли туда валиум? – спрашиваю я полушутя, и она улыбается в ответ.
– Нет.
– А можно добавить?
Она снова улыбается.
– Он тебе не нужен.
Я бы хотела позволить себе не согласиться, но не могу.
– Разгадка уже близко, дитя. Будь готова к ней.
Я бы и рада подготовиться, но это очень тяжело, потому что я не имею никакого представления, чего ждать.
Так и проходят все мои дни: я сижу с Элеанорой, если она просит меня об этом, провожу ночи с Дэром.
Днем он безразличен, холоден и надменен, но ночью кардинально изменяется.
Он становится нежным, теплым. По ночам он полностью мой.