На него, Шэри, она совсем не смотрела.
Это было почти обидно, заставляло вспыхивать мучительные вопросы — неужели он настолько неказист? неужели не заслуживает взгляда красивой женщины? Может, у него слишком много седины в волосах? Все-таки молодежь уже могла бы назвать его стариком.
Он осторожно пригладил ладонью волосы, стянутые в хвост. Вдруг Ниа глянет на него прямо сейчас, а он растрепанный, неопрятный… Показалось, что хвост стянут небрежно, что производит впечатление холостяцкой неухоженности и стариковской запущенности — и пригладил еще раз. Вроде стянут крепко, и волосы сегодня он, Шэри, расчесывал.
Эх, будь здесь Эар, который дожил почти до тысячи оборотов и до последнего выглядел на зависть — и статью, и подтянутостью, и шевелюрой! Вот на кого Ниа наверняка обратила бы внимание. Он, Шэри, далеко не так привлекателен.
— Все ли Советники согласны отправить этого Основателя в изоляцию? — спросила Ниа ласково, будто всех разом погладила по головам.
— Нет!
Он услышал, как кто-то произнес этот ответ, удивился его внезапности. И удивился еще больше, когда оказалось, что это ляпнул он, Шэри!
Стоило только черным глазам Нии встретиться с его глазами, как руки задрожали, в груди похолодело, а мир поплыл на границах зрения.
— Что, Советник Шэри? — спросила она, глядя с чуть заметным беспокойством, сосредоточенная, внимательная.
К нему, Шэри, внимательная!
Он сглотнул вмиг пересохшим горлом и, собрав все силы, повторил:
— Нет.
Потом кое-как вспомнил вопрос и добавил, едва не задыхаясь:
— Не все согласны.
Она смотрела на него долго, молча, не моргая. А он вспотел от страха — ведь не только она, а все-все смотрят. Зря он это ляпнул. Не подумал. Внимания захотелось, видите ли!
По спине скользнул противный ручеек пота. Лоб стал горячим, горло отказалось пропускать воздух — сиди, задыхайся, ничтожество, недостоин.
Позор! Она смотрит. Красивая женщина смотрит! — а он весь красный, мокрый, лицо блестит… Фу.
— Вы знаете, а — да! — раздалось сбоку.
— Что «да»? — просипел Шэри, окончательно теряясь.
Ниа отвела взгляд, лишая Шэри своего интереса.
Он осторожно перевел дыхание и тихонько потрогал лоб. Тот был горячий, но сухой.
— В твоем «нет» скрыто интереснейшее «да»! — Изин встал со своего места и посмотрел на Шэри с выражением, которого раньше никогда не было: с удивлением и даже почтением. — У нас есть Основатель-растяпа, полукровка, пользы от которой нет и не предвидится. Но уважаемый Шэри заставил меня задуматься, так ли все это?
Померещилось, или «уважаемый» было сказано искренне?
Изин поднялся на сцену, купаясь в лучах взгляда Нии. Перехватил чужое!
Набирая разгон, обида захлестывала жгучими волнами, тело бил озноб. Шэри исподлобья смотрел, как Изин властным жестом попросил Нию убрать браслет-коммуникатор и подождать с пересылкой ответа.
— Я напомню Совету, — заговорил он, — что оборот назад мы обсуждали вопрос, как систематизировать список осколков в проекте точечного развития и распределить зоны ответственности этого наставничества между семьями Центральных Колец. Если помните, тогда решение принято не было. Мастер Глер, и без того не одобряющий избирательную поддержку разумной жизни, поднял бурю, резко выступив против нашего предложения. А ведь мы предлагали отдать разум в надежные руки, так сказать. Персонально.
— Точно! Помню! — откликнулся Хорм. — Глер тогда обвинял нас чуть ли не в разрушении мира, хуже Афира. Грозил, что эта идея закончится не поддержанием разумной жизни, а конкуренцией между семьями. Предрекал то разруху, то хаос, а то и все вместе сразу, вот этого уже не помню.
— Неважно, что он предрекал, — повел рукой Изин. — Меж тем предложение наше не умерло, живет, хоть и не процветает. Недавно меня очень настойчиво спрашивали, когда уже будут раздавать подконтрольные земли и почему Совет тянет с этим. Я не ответил, но долго отмалчиваться не получится. Мы посеяли мысль, которая оказалась сильнее всех прогнозов Глера. Однако если мы к ней вернемся и поднимем снова вопрос на общем собрании, Глер пойдет против нас, вне всякого сомнения. И Афира привлечет: они старые друзья. Когда эта пара устроит оппозиционные войны, нам с вами нелегко придется. И уже тем более не будет нам воли вроде отдельных собраний Первой Линии.
— Что-то я не понял, — подал голос Осхо, молчаливый тугодум, — как Мастер Глер связан с растяпой-Основателем?
Его поддержали еще три голоса — кто-то из Советников справа бормотал, что, действительно, непонятно.