— Неужели за садами никто не следит? — продолжала Двин ворчливо. — Но если коллекция заброшена, то почему этот проект не признали бесполезным публично? Почему не объявили, что не надо больше ничего приносить с осколков? Зачем мы стараемся, собираем, сохраняем, бережем, чтобы доставить…
— Двин, прошу тебя! — взмолился Проводник. — Не взваливай на меня, старика, все проблемы, которые ты находишь. Я не успеваю за тобой…
Разговор замер.
Морио тихонько перебрался к стоящему у стены креслу, залез в него и сидел, чуть покачивая податливой спинкой. Глаза его были спокойно прикрыты, короткие ноги в тяжелых ботинках болтались над полом. На правом ботинке из десяти застежек две были оторваны.
В тишине Двин, подтянув длинные ноги, налила себе клубничной воды. Сначала долго ее нюхала, потом отпила немного и наконец с примирительной улыбкой сказала:
— А знаете, Проводник, наверное, я все-таки иногда скучаю по Первому. Хоть сколько времени отсутствуй, хоть каким новинкам удивляйся, когда вернешься, — а у напитков и еды старые вкусы. — Она взяла прямоугольный ломоть темно-серого искусственного мяса: — Неповторимо, сколько мы с Имай ни пытались сделать похоже.
— Получалось хуже?
— Нет, обычно даже лучше, — ответила Двин, поднесла ломоть к носу, понюхала, затем вернула его на тарелку. — Вы бывали на 15-ом?
— Конечно.
Двин откинулась на спинку и посмотрела на Морио, который молча сполз с кресла, аккуратно приблизился к ее дивану и, устроившись на самом краешке, внимательно следил за разговором.
— Там на редкость удачный и стабильный набор, — продолжала она, — и сезоны сменяют друг друга так плавно, что еще ни один вид жизни не вымерз и не выгорел. И вот если незадолго до самой жары туда прийти, да еще выбрать место возле водоема, чтобы трава посочнее и поцветистей, и еще, непременно, чтобы на небе ни облачка, иначе Имай света от Малой возьмет недостаточно… Нет, хватит все равно! Но так вкусно, как на максимуме, не получится. Да и только на максимуме света можно сразу и жаркое, и фасоль. Приправы же я собираю отдельно, без трансформации, пока идем через 15-ый…
Вдохновенно и с улыбкой Двин пустилась в рассказ о подробностях превращения травы в ароматное жаркое совместными усилиями Основателя, собирающего свет, и Мастера, способного из одной органики сделать другую при должной подпитке энергией. Подробностей было много, особенно о прожарке мяса. Эар даже устал удивляться. В его время несъедобное в еду превращали нечасто и без вкусовых изысков: нарвал травы или листьев столько, чтобы не повредить набор, подтянул свет Малой звезды — дальше уже дело Мастера. Что он сделал, то и едят оба — поддерживают здоровье, утоляют голод. Бо́льшим себя не утруждали.
Боон обычно любое сырье превращал в злаковые смеси. Питательные, но скучные. Куска мяса от него можно было оборотами ждать…
— Фирсу расскажешь про 15-ый и его травы?
Двин покачала головой:
— Мы вообще не собирались к Мастеру Фирсу. Без брикетов ходим уже давно… Да и не хотелось бы никому говорить про 15-ый, — добавила она тихо. — Если наши туда потоком пойдут, потому что на редкость вкусно получается, они же на трансформацию весь свет заберут. Только наше жаркое стоит полный поворот до самой темноты. Мы сами с Имай стараемся заходить туда пореже. Будут приходить многие, так местным что, постоянно в ночи сидеть?
— Местные бы пересидели, — улыбнулся Эар. — А вот трава без света не растет.
Двин моргнула и захихикала, покачивая бокалом с клубничной водой.
— Опять вы… — Она кивнула на Подмастерье: — Но ему надо бы выдать запас.
Морио жевал, набив щеки. Рядом с ним стояла тарелка из-под печеных овощей с ошметками зелени. Эар взглядом указал ему на графин со сладкой водой, которой осталось еще немного.
Кивнув и шумно сглотнув, Морио полез к графину через стол, зацепил рукой один из бокалов. Тот со звоном брякнулся на миску с горячим сыром и разбился. Осколки упали в сыр, рассыпались между тарелками.
— Лов-вкач! — раздалось от дверей. — Я вам скаж-жу, на Миллионном и без него разруш-шений хватает!
С красными ушами, Морио утянулся обратно на уголок дивана и сел там, втиснув ладони между сжатых коленей. Исподлобья он поглядывал на Основателя Имай, вошедшую шумно и для него оскорбительно.
— Мы тебя ждали, — поприветствовал Эар.
Двин налила воды в еще один бокал и протянула Морио. Тот, помедлив, взял его двумя руками.
— Не расстраивайся, это всего лишь стекло, — спокойно сказала она, длинным жестом подняла над столом все осколки и собрала бокал обратно.
— Не расстраиваюсь, — буркнул Морио и уткнулся в свой бокал, словно хотел в нем спрятаться.
Закатывая рукава серой куртки, Имай прошагала по чужому кабинету, как по своему, где все знакомо и ничто не достойно внимания. Эар откинулся на диван и чуть развернулся — так, чтобы видеть всех:
— Теперь, когда мы собрались, представляю вам Морио, одного из лучших Подмастерий. Вы отведете его на Миллионный, где оставите, пока не закончится Большой Перевод. Потом вернетесь к нему.
— М-мы? — удивилась Имай, и ее короткий светлый хвост на затылке словно бы встопорщился ершиком.