— Пойдем скорее, Эли-нор, — поторопила меня Тей-ша. — Нам отвели немного времени.
Я разозлилась на нее. Такая молодая, совсем недавно носит ошейник, а туда же — указывать мне!
Солнце светило ярко. Его лучи, казалось, пронизывали меня насквозь, и вскоре настроение у меня улучшилось.
Когда ни охранник, ни Тейша не смотрели в мою сторону, я потихоньку подкрадывалась к корзине девушки и пригоршнями воровала собранные ею ягоды, пересыпая их в свой кузовок. Она — новенькая среди нас невольница. Почему я должна работать наравне с ней? Пусть потрудится!
Когда я знала, что меня не видят, я бросала в рот ягодку-другую, внимательно следя за тем, чтобы не вымазать соком губы. Я и прежде себе в этом не отказывала, еще когда собирала ягоды для Тарго, чего же бояться сейчас? Ни Юта, ни охранник никогда не ловили меня за руку. Я всегда умела их провести. Куда им! Я гораздо умнее их всех, вместе взятых!
Наконец обе корзинки у нас были наполнены, и мы вернулись в лагерь.
Охранник передал наши корзины другим девушкам, чтобы те отнесли их на кухню, и отвязал удерживающий нас с Тейшей друг рядом с другом кожаный ремень.
— Эли-нор, Тейша, следуйте за мной, — приказала подошедшая к нам Юта.
Она подвела нас к длинному шесту, закрепленному в горизонтальном положении на двух деревянных опорах — к тому самому, который предназначался, как я раньше считала, для развешивания вяленого мяса. Рядом с шестом Юта приказала нам опуститься на колени.
У одной из деревянных опор стояла медная жаровня, наполненная раскаленными добела углями. Из жаровни выступали рукояти четырех тавродержателей для проставления невольничьего клейма. Судя по раскаленным углям, огонь в жаровне поддерживали не меньше двух-трех часов — то есть в течение всего времени, пока мы с Тейшей занимались сбором ягод.
Я почувствовала смутное беспокойство.
Вокруг собралось несколько охранников и выполнивших свою работу невольниц. Здесь же находился и охранник, сопровождавший нас с Тейшей во время сбора ягод.
Тейша тревожно оглядывалась по сторонам. Она казалась до предела напуганной. Мне тоже все происходящее не доставляло большого удовольствия, но я изо всех сил старалась держать себя в руках.
— Тейша, — строгим голосом обратилась к девушке Юта.
Моя напарница подняла на нее наполненные ужасом глаза.
— Ты воровала ягоды из корзины Эли-нор? — спросила Юта.
— Нет! Нет! — воскликнула моя напарница.
— А ты, Эли-нор, — посмотрела на меня Юта, — ты воровала ягоды у Тейши?
— Нет! — не моргнув глазом ответила я. Юта обернулась к сопровождавшему нас в лесу охраннику.
— Первая говорит правду, вторая — лжет, — сказал охранник.
Юта посмотрела на меня.
— Это нетрудно определить, Эли-нор, — сказала она. — Иногда охранник успевает заметить твои движения, иногда — обо всем можно догадаться даже по твоей тени. Он может определить, воруешь ты или нет, по быстро изменяющемуся количеству ягод в твоей корзине.
— Нет, — застонала я. — Нет, я этого не делала!
— Ты часто воровала ягоды и из моей корзины, — продолжала Юта, — но я просила охранника, который тоже был в курсе дела, чтобы он молчал об этом.
Я уронила голову.
— Я никогда больше не буду воровать ягоды, — пробормотала я.
— Я тоже так думаю, — кивнула Юта.
Я подняла на нее удивленный взгляд.
— Но на этот раз ты обворовала Тейшу, девушку честную и наивную, и этого так оставить нельзя.
— Я ничего у нее не воровала! — воскликнула я. Юта снова взглянула на охранника.