Пока скакали до поворота, трижды видели поляков, измученных, ободранных, вероятно, израненных, спасшихся из Городла и пробиравшихся по берегу ближе к своим. Увидев всадников, они ссыпались под берег и там хоронились. Разведчики не обращали на них внимания, скакали дальше. Но когда добрались до поворота, и нужно было оставлять дозор, Станислав из 27 (с князем) человек приказал остаться двенадцати.
— Что так много-то? — опешили те.
— Бойтесь, как бы мало не оказалось, — озабоченно отвечал Станислав. — Вон в той чаще схоронитесь, да до прихода Бобра глядите в оба. Видели, сколько ватажек их бродит? Вдруг их человек двадцать-тридцать вместе сойдется. Да с оружием... Так что смотрите мне. А мы вот так все прямо до самого Холма. Если повернуть придется, оставим заставу.
* * *
Напоив коней, поскакали дальше. Алешка, естественно оказался радом с Митей. Когда взгляды их встречались, он ободряюще улыбался. Митя волновался, но чем дальше скакали, тем сильнее это напоминало ему их бесконечные шатания вокруг Бобровки, и вскоре он совсем успокоился.
Поприща через четыре опушка поворачивала к западу. Это было не здорово, но в лес решили все-таки не соваться, очень он был плох — сырой, с густым подлеском — и очень уж была удобной дорога вдоль опушки. Пришлось оставить двоих.
Проскакали еще около трех верст, и опушка завернула к северу и довела их до самого Холма.
Здесь пришлось задержаться надолго. Во-первых, для того, чтобы узнать, где поляки. Во-вторых, чтобы дать отдых коням, ведь проскакали около тридцати поприщ.
Спрятав коней в чаще, возле подходящего ручья, Станислав оставил привал на попечение шестерых разведчиков, чтобы обиходили коней и, если придется дальше скакать, подготовили все к дальнейшему походу, а сам, взяв четверых, пешком отправился к городу.
Митя с Алешкой тоже было вскочили за ним, но Станислав осадил их.
— Алешка, отдохни. Тебе, думаю, ночью придется потрудиться. А ты, князь, с ним в паре будешь работать, так что и отдыхайте вместе.
Через полтора часа они вернулись. Поляков в городе не было. То есть войска не было, гарнизон остался. Встречные местные жители рассказали, что поляки пришли восемнадцатого после полудня, передохнули в городе, привели себя в порядок и вчера рано утром ушли на север. Надо было догонять и искать.
Наскоро пообедали. Станислав спешил, досадуя, что поздно вышли из Городла, поздно решили посылать разведку, все поздно. По его прикидкам, требовалось проехать еще столько, а то и больше, чтобы нагнать поляков, а времени уже было около четырех часов пополудни. У Холма оставили пятерых и поскакали на север.
До захода солнца одолели еще поприщ двадцать, вконец замотав коней. Но Станислав поехал бы и дальше, если б не кончилось открытое пространство: опушка неожиданно загнулась левей, потом прямо на запад, они скакали вдоль нее, надеясь, что вот-вот она завернет, и она завернула, но не на север, а на юг. Пришлось остановиться и даже возвратиться немного назад, чтобы не разминуться со своими, если вдруг кто-то поскачет вдогонку.
Солнце село, но было еще светло, и Станислав решил проверить лес. Они отыскали ручеек, чтобы напоить коней, забрались вдоль него подальше в чашу и спешились.
— Так, ребята! Коней поить, кормить, костерчик, ужин, — все как полагается, а я с Алешкой дальше в лес прогуляюсь. Может, до чего доберемся... Князь, ты как — не устал?
— Да ты что!
— Тогда вперед. Алешка, давай прямо на север.
И они пошли. Около часа шагали по тихому лесу, пока совсем не стемнело. Станислав решил было уже возвращаться. И тут сказалось ли чутье следопыта, или по виду леса Алешка определил, но он попросил:
— Давайте еще чуть пройдем, кажется, кончается лес.
— Ну давай! — охотно согласился Станислав.
Минут через пять меж деревьями как будто чуть посветлело, а еще через пять они вышли на опушку и замерли.
Перед ними поприщ на пять расстилалось открытое поле, и в дальнем его конце, чуть правее, горело множество костров.
— У-тю-тю! Тю-тю! — присвистнул Станислав. — Вот так удача! Вот это называется повезло! Чуть влево или право уехали бы, да что там! — поверни мы назад — и до завтрашнего утра черта бы что нашли! Ну, Алешка, молодец! Теперь у нас вся ночь впереди! А вдруг это не поляки, а наши... Надо узнать! — Станислав загорелся азартом.
— Ребята с ума сойдут, — напомнил Алешка. — Возвратиться надо.
— Станислав! А какая разница, свои или чужие? Они ведь в любом случае соприкоснулись. И в любом случае надо скорее Любарту направление давать... — Митя говорит с опаской.
Станислав резко поворачивается к нему, прикидывает что-то:
— Верно, князь, верно! Сначала гонцов пошлем, а потом получше разузнаем и вдогон еще весть! Алешка, давай назад! Не сбейся, я ни черта ночью в лесу не понимаю.
Алешка выводит их назад, костер замечается издали.
— Как бы нас не подловили с этим костром.