— Да, пожалуй, это лучше, – неохотно согласился
Миллер и вложил в руку Меллори тяжелый предмет – автоматический пистолет с глушителем: самая дорогая для
Миллера вещь. – Эта штука поможет продырявить любого непрошеного посетителя и не разбудить при этом жителей города. – Он прошел в глубь комнаты, зажег сигарету, молча выкурил ее, потом задрал ноги на лежанку. Через пять минут все, кроме настороженного человека у окна, крепко спали.
Минуты через две-три Меллори услышал крадущийся шорох позади дома. Он весь обратился в слух. Стук ткацких станков в соседнем доме давно утих. Вокруг стояла глубокая тишина. Снова послышался шорох. Меллори отчетливо разобрал мягкие шаги в конце коридора, у входной двери.
— Оставайтесь на месте, капитан, – тихо шепнул Андреа. Меллори в сотый раз восхитился способностью гиганта пробуждаться от ничтожнейшего постороннего звука. А вот самая сильная буря не может помешать его крепкому сну! – Я сам посмотрю. Наверное, это Лука.
Действительно, это вернулся Лука. Человечек дышал как рыба, выброшенная на берег. Утомленный до предела, но чрезвычайно довольный, он с благодарностью принял чашку вина, налитую Андреа, и медленно осушил ее до дна.
— Чертовски рад снова видеть тебя, – искренне сказал
Меллори. – Ну как? За тобой не следили?
Лука растянулся во весь рост на лежанке.
— Кто из этих дураков может заметить Луку, хотя бы и в лунную ночь?! А тем более поймать его! – возмущенно воскликнул маленький грек. Он перевел дух и глубоко вздохнул. – Нет, нет, майор! Я знал, что вы будете беспокоиться обо мне, и бежал всю дорогу. . почти всю дорогу, –
поправился он. – Я ведь не так молод, как раньше.
— Всю дорогу бежал? Откуда? – спросил Меллори, он был доволен, что в темноте не видно его улыбку.
— От Вигоса. Это старинный замок, построенный франками много веков назад, милях в двух отсюда по береговой дороге. Я шел только дважды. Примерно по минуте каждый раз. Только на обратном пути. – Меллори показалось: Лука сразу пожалел, что упомянул о возрасте.
— Что же ты там делал? – спросил Меллори.
— Я все думал, когда расстался с вами, – уклонился
Лука от прямого ответа. – Я, я-то ведь всегда думаю, –
пояснил он. – Это моя привычка. Я все думал. Едва солдаты обнаружат пропажу машины возле Чертовой песочницы –
сразу догадаются о нашем исчезновении из того дьявольского места.
— Да, – осторожно согласился Меллори. – Да, они сразу догадаются.
— И тогда они скажут себе: «Ага, у этих проклятых англичан не остается времени». Они поймут, что мы знаем, что у них мало надежды поймать нас на острове. Мы ведь с
Панаисом здесь каждый камень знаем, каждую пещеру, каждую тропу, каждое дерево. Тогда для них останется единственное – не пропустить нас в город. И они перекроют все ведущие в город дороги. А ведь сегодня у нас последняя возможность попасть в город. Вы следите за моими рассуждениями? – с беспокойством спросил он.
— О, я очень стараюсь.
— Но сначала, – Лука сделал драматический жест, – но сначала они захотят убедиться, что нас нет в городе. Они были бы дураками, если бы решили перекрыть дороги после того, как мы проникли в город. Они сперва должны убедиться, что нас нет здесь. А потому – обыск. Повальный обыск. С этим... как вы говорите?.. прочесыванием.
Меллори кивнул, постепенно улавливая нить рассуждений грека.
— Кажется, он прав, Андреа.
— Я тоже так думаю, – упавшим голосом отозвался гигант. – Нужно было это предвидеть заранее. Но, возможно, мы успеем еще спрятаться? На крышах или. .
— Это когда прочесывают-то?! – нетерпеливо прервал
Лука. – Но не беспокойтесь, все хорошо. Я, Лука, все обмозговал. Будет дождь. Скоро луну затянут тучи. Мы можем двигаться в безопасности. Не желаете ли узнать, что я сделал с машиной, майор Меллори? – Лука испытывал невероятное удовольствие.
— Совсем позабыл о ней, – признался Меллори. – Так что ты сделал с машиной?
— Я оставил ее во дворе замка Вигос, вылил весь бензин из бака на мотор. Потом зажег спичку...