Город. Все живое… Рассказы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он кивнул. Что верно, то верно.

Она встала и протянула ему руку.

– Если ты когда-нибудь предпочтешь Сон, найди мой шифр. Я скажу, чтобы оставили место рядом со мной.

– Не думаю, чтобы я захотел, – ответил он.

– Нет так нет. Всего доброго, Джон.

– Постой, Сара. Ты ничего не сказала о нашем сыне.

Прежде мы с ним часто встречались, но…

Она звонко рассмеялась.

– Том почти уже взрослый, Джон. И только представь себе, он…

– Я его давно не видел, – снова начал Вебстер.

– Ничего удивительного. Он почти не бывает в городе.

Видно, в тебя пошел. Хочет стать каким-то первооткрывателем, что ли, не знаю, как это называется. Это его хобби.

– Ты подразумеваешь какие-нибудь новые исследованиям. Что-нибудь необыкновенное?

– Это точно, необыкновенное, но не исследование.

Просто он уходит в лес и живет там сам по себе. Он и несколько его друзей. Мешочек соли, лук со стрелами…

Странно, что говорить, но он очень доволен. Уверяет, будто там есть чему поучиться. И вид у него здоровый. Что твой волк: сильный, поджарый, глаза такие яркие…

Она повернулась и пошла к двери.

– Я провожу, – сказал Вебстер.

Она покачала головой.

– Нет, лучше не надо.

– Ты забыла кувшин.

– Возьми его себе, Джон. Там, куда я иду, он мне не понадобится.

Вебстер надел «мыслительный шлем» из пластика и включил пишущую машинку на своем рабочем столе.

Глава двадцать шестая, подумал он, и тотчас машинка защелкала, застучала, появились буквы: «Глава XXVI».

На минуту Вебстер отключился, перебирая в уме данные и намечая план, затем продолжил изложение. Стук литер слился в ровное жужжание:

«Машины продолжали работать, как прежде, под присмотром роботов производя все то, что производили прежде. И роботы, зная, что это их право – право и долг, –

продолжали трудиться, делая то, для чего их сконструировали.

Машины всё работали, и роботы всё работали, производя материальные ценности, словно было для кого производить, словно людей были миллионы, а не каких-нибудь пять тысяч.

И эти пять тысяч – кто сам остался, кого оставили –

неожиданно оказались хозяевами мира, соразмеренного с потребностями миллионов, оказались обладателями ценностей и услуг, которые всего несколько месяцев назад предназначались для миллионных масс.