Я подошел к ним фута на три и ощутил легкое сопротивление: впереди был барьер. Тогда я отступил на шаг и посмотрел на сенатора.
– Вы, наверно, сенатор Гиббс, – сказал я. – Меня зовут
Брэдшоу Картер. Вам про меня говорил Шервуд.
– Рад с вами познакомиться, мистер Картер, – сказал сенатор. – Я думал, Джералд тоже придет с вами.
– Я его звал, но он решил, что ему не следует идти, –
объяснил я. – Они там поспорили. Мэр хотел назначить комиссию для встречи с вами, а Шервуд никак не соглашался.
Сенатор кивнул:
– Понимаю. Значит, мы будем говорить только с вами.
– Если вы хотите вызвать еще кого-нибудь…
– Нет-нет, зачем же! Ведь всеми сведениями располагаете именно вы?
– Да, я.
– Прошу извинить, я вас представлю. Мистер Картер –
генерал Уолтер Биллингс.
– Здравствуйте, генерал, – сказал я.
Странное чувство: знакомиться с человеком, не подавая руки.
– А это Артур Ньюком, – продолжал сенатор.
Человечек с черствым, непроницаемым лицом холодно улыбнулся. Такой – будьте уверены! – никаких шуток не потерпит. Он, видно, возмущен до глубины души уже тем,
что кто-то посмел допустить существование какого-то там барьера.
– Мистер Ньюком – представитель государственного департамента, – пояснил сенатор. – А это доктор Роджер
Дэйвенпорт, биолог и притом весьма знаменитый.
– Доброе утро, молодой человек, – сказал Дэйвенпорт. –
Простите за нескромный вопрос – что это с вами приключилось?
Я улыбнулся ему, толстяк сразу пришелся мне по душе.
– Так, малость не сошлись во взглядах с одним земляком.
– Могу себе представить, какое в городе волнение, –
сказал Биллингс. – Пожалуй, скоро трудно станет поддерживать закон и порядок.
– Боюсь, что вы правы, сэр, – сказал я.
– Ваш рассказ потребует времени? – спросил сенатор.
– Да, некоторое время понадобится.
– Где-то там были стулья, – произнес генерал Биллингс.