Фантастика чехословацких писателей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Верно, – доктор задумчиво забарабанил блокнотом по столу. Неожиданно он встрепенулся. – И все-таки –

алиби! Если бы о смерти Шмидта стало известно лишь после контрольного вызова в одиннадцать часов, убийце потребовалось бы алиби на все время между десятью и одиннадцатью.

– Да, в этом что-то есть, – помедлив, произнес Родин.

– В таком случае Мельхиада надо поставить на второе место в нашем списке подозрительных лиц.

– Будь по-вашему. Кто же тогда будет третьим?

– Разумеется, Ланге. – И доктор написал: «Ланге Феликс». – Вам интересно, почему именно Ланге?

– Не скрою, интересно.

– Мне кажется, это человек, который при определенных обстоятельствах вполне мог покончить жизнь самоубийством, а значит, и оказаться убийцей Шмидта. Но мотив преступления?.

– Что вас смущает?

– Не знаю, как обосновать – из-за чего он мог совершить преступление? Хотя. . Помните, Глац утверждал, что, когда дело касается науки, Ланге противоречить опасно. Допустим, у него со Шмидтом вспыхнул научный спор. Предположим – я, правда, в этом не очень-то разбираюсь, – что речь шла о какой-нибудь сверхновой звезде, имеющей большое научное значение. Допустим, что, прежде чем астроном обнаружил ее с помощью телескопа, радист засек какие-то сигналы своим блюдечком.

– Допустим. Перейдем к следующим.

– Осталось еще пять человек. Двое из них – Юрамото и

Нейман – могли пробежать от радиотелескопа до базы за три минуты. Мы не знаем, какие счеты у них могли быть с

Шмидтом, но сейчас не это важно. Итак, начнем с Юрамото, – доктор тщательно вывел на листке имя селенолога. –

Это он посоветовал нам не тратить время на серпантинную дорогу. И я вас спрашиваю, с какой целью? Чего он хотел этим достигнуть? Избежать подозрения и указать на то, что рано или поздно нам все равно стало бы известно?

– Пока оставим его и займемся Нейманом.

– Да, – доктор записал: «Уго Нейман». – Один из троих, кто прошел парашютную тренировку. А также один из троих, кто прибежал последним и мог успеть пробежать расстояние между радиотелескопом и входом в базу.

Единственный, кто отвечает сразу двум этим условиям.

Может, поменять их местами с Юрамото? Ну, ладно, пусть будет, как записано. Остаются трое. Пожалуй, я бы отдал предпочтение Рее Сантос. Ее можно подозревать по тем же причинам, что и Ирму Дари, но как бы отраженным в зеркале. Ревность, оскорбленное чувство, озлобление. Отвергнутые женщины могут быть жестокими... Теперь биолог, – Гольберг неразборчиво написал: «Маккент

Кр.». – И, наконец, – он нацарапал какую-то закорючку, –

командир экипажа Глац. Вот мы всех и собрали...

...Постучав в дверь механической мастерской, доктор пропустил следователя вперед. Человека, занимавшего в списке подозреваемых второе место, они нашли у светящегося телеэкрана со щитом управления, на котором было множество различных выключателей и кнопок.

Мельхиад вращал две рукоятки и сосредоточенно смотрел на экран. Металлические щупальца манипуляторов закрывали какое-то круглое отверстие.

– Так вот они, эти знаменитые манипуляторы! – сказал

Родин.

– Да, – Мельхиад отложил в сторону поляризационные очки, – я проверял атомный реактор.

– Величайшее изобретение! Что бы вы без них. . Кстати, мы наткнулись на них вчера вечером у входа в базу.

– У входа?. Позвольте, я освобожу стул. Ошибаетесь, очевидно, вы видели их на холме, на верхнем плато.

– Совершенно верно, это было наверху. Сначала я испугался, но потом они меня привели в восторг. По словам доктора, они могут вдеть нитку в игольное ушко. Но он явно преувеличивает.

– Нет, отчего же? – Инженер наконец освободил стул.