Бармен заколебался, поглядел по сторонам с умоляющим видом и судорожно сглотнул. Потом покорно облизал палец и подрисовал кудряшки.
Тримбл выхватил у него салфетку.
– Попробуй еще раз состроить мне гримасу, и с тобой вот что будет! – энергичным движением он стер рожицу.
– Да ладно вам, мистер, – умоляюще пробормотал бармен.
– А пошел ты… – Тримбл впервые в жизни употребил крепкое выражение. Он швырнул салфетку бармену, оглянулся на свою хрипящую жертву и вышел.
Когда его короткая округлая фигура исчезла за дверью, кто-то из завсегдатаев сказал:
– Это надо же! Набрался наркотиков и теперь, того и гляди, пристукнет кого-нибудь.
– Не скажи, – бармен был напуган и смущен. – По виду разве разберешь? Возьми Улитку Маккифа – он в своем весе мировой чемпион, а с виду мозгляк мозгляком. Мне этот типчик сразу не понравился. Может, он брат Улитки?
– Не исключено, – задумчиво согласился его собеседник. Верзила на полу перестал хрипеть, икнул, охнул и выругался. Перекатившись на живот, он попробовал встать.
– А теперь к директору! – со смаком сказал Кларенс.
– Нет, нет, нет, только не это! – кроткое лицо Тримбла еще багровело от недавнего напряжения. Он то и дело опасливо косился через плечо в ожидании грозной и, как он полагал, неизбежной погони. Ему не верилось, что он действительно сделал то, что сделал, и он не понимал, как ему удалось выйти из такой передряги живым.
– Я сказал – к директору, тыква ты ходячая! – раздраженно повторила тень.
– Но не могу же я бить директора! – пронзительно запротестовал Тримбл. – Эдак я за решетку попаду.
– За что бы это? – поинтересовался прохожий, останавливаясь и с любопытством разглядывая толстячка, который рассуждал вслух.
– Ни за что. Я разговаривал сам с собой… – Тримбл умолк, так как его тени очень не понравилось, что их перебили. Ему вовсе не хотелось следовать ее совету, но другого выхода не оставалось.
– Э-эй! – крикнул он вслед отошедшему прохожему.
Тот вернулся.
– Не суй нос в чужие дела, ясно? – грубо сказал
Тримбл.
– Ладно, ладно, не лезьте в бутылку, – испуганно отозвался прохожий и торопливо зашагал прочь.
– Видал? – буркнул Кларенс. – Ну, а теперь к директору. Зря мы задираться не станем, будь спок.
– Будь спокоен, – поправил Тримбл.
– Будь спок, – не отступал Кларенс. – Сначала мы поговорим. А если он не пойдет нам навстречу, ну, тогда мы прибегнем к силе. – Немного помолчав, он добавил: –
Только не забудь включить свет.
– Ладно, не забуду. – Тримбл смирился с тем, что еще до вечера угодит в тюрьму, если не в морг. С мученическим видом он вошел в подъезд и поднялся в контору.
– Добрый день!
– Хрр, – отозвался Уотсон.
Тримбл зажег свет, повернулся, поглядел, где находится его темный союзник, подошел вплотную к Уотсону и сказал очень громко:
– От свиньи я ничего, кроме хрюканья, и не жду. Разрешите привлечь ваше внимание к тому обстоятельству, что я сказал вам «добрый день».
– А? Что? Э-э… – Уотсон растерялся от неожиданности и испуга. – А-а! Ну конечно. Добрый день!