Монах взглянул на него, словно очнувшись от сна.
– Ты спрашивал?
– Я говорю, узнаешь дорогу?
Мюнх отрицательно покачал головой.
– Нет… Сначала мне казалось, что узнаю… Но нет…
Теперь точно знаю! Я помню. К монастырю надо было идти прямо… в гору.
– Верно! – подтвердил Герлах. – Но ты говорил, будто что-то вспоминаешь? – подозрительно добавил он.
– Я думал, что… узнаю, но… вырос лес… Нет, раньше этой дороги не было.
Он опять ускорил шаги.
– Об этом он мог читать… Хотя бы в моем труде, –
добавил, понизив голос, археолог.
– Посмотрим, что он скажет наверху.
Руины монастыря неожиданно вынырнули из-за зарослей, образующих здесь непроходимую чащу по обеим сторонам тропинки. Выщербленная стена таращила глазницы пустых оконных проемов.
Мюнх, первым увидевший руины, бросился к ним, но уже на полпути остановился. Хотя остальные догнали его, он продолжал стоять, целиком поглощенный раскрывшимся перед ним видом.
Тропинка шла вдоль стены, сворачивая в пролом.
– Узнаешь это место? – спросила Кама.
Мюнх утвердительно кивнул.
– Но врата… были… не здесь! – начал он отрывисто. –
Это только калитка в сад, – он показал на пролом. – Была калитка… – добавил он. – А здесь, – он очертил в воздухе круг, – сад.
Герлах нервно потер подбородок.
– Если тут был сад, то его, вероятно, окружала какая-нибудь стена?
– Да! – подхватил Мюнх. – Была стена. Высокая…
– Ты помнишь, как она шла? – спросил Микша.
Монах осмотрелся, потом решительно подошел к сохранившемуся участку стены, неподалеку от того места, где они стояли.
– Здесь! А дальше там! – он показал в глубь леса. –
Потом направо и опять к монастырю… С той стороны!
Недалеко от врат.
– Не осталось никаких следов… – заметила Кама.
– Нет, – обеспокоенно повторил Мюнх. – Не знаю… А
может, не здесь?. Не знаю… Не знаю… Нет! Стена была здесь! Наверняка! Я помню.