– Так же, как и вы. Самолетом. Мы возвращались из-за границы… из поездки с государственным визитом. Продолжить путь нам не удалось. Все пути сообщения были прерваны.
– Почему?
– Мы не знаем. Никто этого не знает.
– Как долго вы находитесь здесь?
– Три дня.
– Вы пытались вернуться домой?
Министр не ответил.
– Это вы вызвали меня сюда?
– Да.
– Зачем?
– Йенсен, давайте разберемся во всем по порядку. Вопервых, согласны ли вы выполнить наше задание?
– Какое именно?
– Выяснить, что там произошло. Поскольку нам не известно, где мы находимся, я не могу вам приказывать.
– Я знаю, где мы находимся.
– Вы меня не так поняли. Я имею в виду юридическую сторону вопроса. Вы же знаете, что по чисто экономическим соображениям наше правительство не признает режима, существующего в этой стране. Для нас она – всего лишь географическое понятие. Мы не пользуемся никакими экстерриториальными правами.
– В таком случае почему же вы здесь?
Министр неожиданно всплеснул руками и, потеряв над собой власть, крикнул:
– А куда же нам деваться, черт побери? Я обращаюсь к вам с просьбой оказать услугу стране, а вы…
Он осекся. Третий член правительства, который до сих пор не произнес ни единого слова, покачал головой и сказал:
– Полиция. Я же вам говорил.
Он был совсем молод. Его лицо и вся поза выражали презрение и высокомерие. Йенсен вдруг вспомнил, что раньше слышал его имя. Этот человек принадлежал к числу наиболее многообещающих политических деятелей. Он занимал различные посты в правительстве и, по всеобщему мнению, со временем должен был стать премьерминистром. Сейчас он возглавлял Министерство просвещения. До этого он был министром связи, и ему вменялась в обязанность деликатная задача – руководить цензурой на радио и телевидении.
Йенсен равнодушно посмотрел на него и негромко произнес:
– Мне хотелось бы напомнить, что я сейчас не на службе, что мы находимся на территории иностранного государства и что я до сих пор не получил никаких конкретных разъяснений если не считать той информации, которую мне удалось получить в зале ожидания.
– Йенсен, Йенсен, – умоляющим тоном начал министр.
– Мы знаем вас как исключительно способного офицера полиции.
– Вот как?
– Да, да. И хотя расследование того неприятного дела, которое вы провели четыре с половиной года назад, осложнило ситуацию, с технической точки зрения вы провели его безукоризненно…
– Настолько безукоризненно, что в результате погибло тридцать два человека?
– Нужно ли снова копаться в старых неприятностях?
Министр просвещения холодно процедил: