– В этой стране умеют делать чертовски хорошее пиво.
Он сел напротив Йенсена. Когда он наливал пиво, его руки так дрожали, что он едва не выронил стакан.
– Вы, конечно, узнали этих господ?
Йенсен никогда раньше их не видел и не знал, кто они такие – даже после того, как министр представил их ему.
Оба входили в правительство…
– Кто-то однажды справедливо заметил, что расстояние между народом и властями слишком велико, – пробормотал министр.
Йенсен понял, что он имел в виду. Рыжеволосый полицейский врач участка как-то сказал:
– Можно ли представить себе что-нибудь более абстрактное, чем господь бог и министры?
В этих словах заключался глубокий смысл. Политика страны, направленная на достижение единообразия и устранение каких бы то ни было различий, не допускала усиления влияния той или иной личности – кроме тех, чья сила и власть зиждились на капитале и кто занимал ведущее положение в обществе независимо от желания народа.
Однако в результате последних выборных кампаний на авансцену стали выдвигать определенного человека – это делалось для того, чтобы не допустить чрезмерно большого разрыва между подавляющим большинством народа и узкой группой технократов, в руках которых формально была сосредоточена власть в стране.
– Господин премьер-министр… – начал Йенсен, но тот оборвал его:
– Я не являюсь главой правительства. Выборы были…
отложены.
– Отложены?
Министр поспешно встал, сделал было порывистый жест, но, взглянув на свои дрожащие руки, засунул их в карманы пиджака.
– При создавшихся обстоятельствах мы приняли решение отложить проведение демократических выборов в стране, – официальным тоном произнес он.
Один из членов правительства, до сих пор молчавший, кашлянул и спросил:
– Комиссар Йенсен?
– Да?
– Вы давали присягу в верности правительству?
– Да.
– Сколько раз я говорил, что это совершенно не относится к делу, – раздраженно проговорил министр.
В комнате стало тихо – слышался только рев реактивных двигателей за окном. Йенсен поочередно посмотрел на присутствующих и тихо спросил:
– Что случилось?
– Самое непонятное заключается в том, что мы и сами не знаем. Нам не известно, что произошло, более того, нам не известно, как это произошло. Между теми событиями, о которых мы знаем, не существует никакой логической связи.
– Какие же подробности вам известны?
– Йенсен, нам придется начать с самого начала.
– Хорошо. Почему вы находитесь здесь?
– Не знаю.
– Не знаете? Как вы сюда попали?