– Вы тоже араб? – спросил Монссон.
– Нет, турок. А вы тоже иностранец?
– Нет, – ответил Монссон. – Я швед.
– О, я решил, что вы иностранец, потому что вы чуть-чуть запинаетесь.
Монссон строго посмотрел на него.
– Я полицейский, – объяснил он. – Мне хотелось бы немного осмотреться здесь, если позволите. Дома есть еще кто-нибудь, кроме вас?
– Нет, только я. У меня выходной.
Монссон огляделся по сторонам. Прихожая была темная, длинная и узкая, здесь стояли плетеный стул, столик и металлическая вешалка. На столике лежали газеты и несколько писем с иностранными марками. Кроме входной, в прихожую выходило еще пять дверей, в том числе одна двойная и две маленьких дверки, очевидно, в туалет и кладовку.
Монссон подошел к двойной двери и открыл одну створку.
– Личная комната фру Карлсон, – испуганно сказал мужчина в майке. – Вход запрещен.
Монссон заглянул в комнату, уставленную мебелью и служащую, вероятнее всего, спальней и гостиной одновременно.
Следующая дверь вела в кухню. Большую и хорошо оборудованную.
– Запрещено ходить в кухню, – сказал стоящий за спиной Монссона турок.
– Сколько здесь комнат? – спросил Монссон.
– Комната фру Карлсон, кухня и наша комната, – сказал турок. – Еще туалет и кладовка.
Монссон нахмурил брови.
– Значит, две комнаты и кухня, – уточнил он для себя.
– А сейчас смотреть на нашу комнату, – сказал турок, открывая дверь.
Комната была размерами приблизительно пять на шесть метров23.
Два окна выходили на улицу, на них были обвисшие выцветшие занавески. Вдоль стен стояли разные кровати, а между окнами – топчан, обращенный изголовьем к стене.
Монссон насчитал шесть кроватей. Две были не застелены. Везде валялись обувь, предметы одежды, книги и газеты. В центре комнаты стоял белый лакированный стол в окружении пяти разнокалиберных стульев. Меблировку дополнял высокий комод из темного дерева с выжженными на нем узорами, стоящий наискосок у одного из окон.
В комнате было еще две двери, кроме входной. Перед одной из них стояла кровать; значит эта дверь наверняка вела в комнату фру Карлсон и была заперта. За другой дверью находилась кладовка, набитая одеждой и чемоданами.
– Вас живет здесь шестеро? – спросил Монссон.
– Нет, нас восемь, – ответил турок. Он подошел к кровати, стоящей перед дверью, и выдвинул из-под нее еще один матрац, одновременно показав на другую кровать. –
Две раздвигаются, – сказал он. – Мохаммед спал на той кровати.
23 В данной версии перевода комната была «приблизительно семь на девять метров», то есть, 63 м2. Это слишком много, и, кроме того, ниже указано, что во всей комнате имелись всего два окна. Посмотрел перевод в журнальном варианте («В тупике») – там размеры комнаты «примерно пять метров на шесть». Кажется ближе к истине, поэтому я исправил значения в соответствии с журнальным переводом.
– А на остальных семи кто? – спросил Монссон. –
Турки?
– Нет, три турка, два… нет, один араб, два испанца, один финн и новенький, грек.
– Едите вы тоже здесь?